– Да, Илот, здесь требуется основательный ремонт, иначе, совсем скоро, этот уютный дом превратится в старую развалившуюся хибару.
Порывшись в шкафу, нашёл колбу с зеленым чаем, затем аккуратно отсыпал немного себе в чашку и залил все кипятком. Аромат свежескошенной травы, лепестков розы и жасмина наполнили кухню.
Поднеся чашку к губам, Виктор вдохнул нежный аромат и представил Мариэль. Утонченная и добрая эльфийка, которая ставила чужие интересы выше своих. Всегда защищая животных, она шла на любое безумство ради их жизни. Сильная и смелая девушка, могла отнять арбалет у охотника и сходить в королевство, не боясь быть разоблаченной. В тот день он видел её у Аптекаря. Тогда ещё подумал, неужели его эльфийка с этим старым прохвостом была заодно?
Так легко зашла к нему в аптеку и вышла оттуда достаточно быстро, да еще и с пузырьками. На какой-то миг он даже успел на нее разозлиться, пока позже не узнал, что из-за этих лекарств сестра Мариэль умерла.
И Аптекарь за это ответит, головой или сердцем, но он заплатит за свои грехи. На его руках десятки смертей. А сколько ещё будет?
Допив чай, Виктор оглянулся и ещё раз осмотрел кухню. Ни записки, ни намека на прощание.
Все очень печально, а ведь Мариэль ему была нужна для одного дела, которое он готовил уже несколько месяцев. И только она одна могла спасти их всех. Но вот согласится ли эльфийка на ту роль, что он для неё подготовил, Виктор не знал.
Выйдя в гостиную, он заметил, что на столике около дивана, стоял небольшой пузырек.
— Странно, вчера вечером его здесь не было. Что могло произойти за ночь, что он так внезапно появился?
Совершенно ни от кого, не скрываясь, он словно ожидал обвинения. Подойдя ближе, охотник взял его в руки и понюхал.
– Эхинацея. Мариэль говорила, о том, что купила этот пузырек у Аптекаря. Неужели это и есть орудие убийства того прохвоста, за которым я охочусь? – Закрыв пробкой пузырек, Виктор надел на плечи плащ и спрятал находку в карман.
Позвав Илота, охотник вышел из эльфийского домика и пошёл в королевство. Он шёл к себе домой, надеясь на то, что в этот раз ему удастся поговорить с Сесиль. И отложить скорую свадьбу с принцессой, которую планировали несколько лет. Неужели всему причиной прелестная эльфийка, которая поселилась в его сердце и не собиралась оттуда уходить.
– Сесиль, нам надо поговорить.
– Ты понимаешь, дело не в тебе, просто я…
– Так вышло, что я полюбил… эльфийку и теперь не могу. Что я не могу? О Боги, дайте мне мозгов и сил? – Виктор стоял у стен города и не решался туда войти. Он шептал непонятные слова-объяснения какому-то серому торчащему из стены камню и ждал от него ответа. Не получив его, отворачивался от немого собеседника и переходил к другому. После часов разговоров и стучания головой о стену он решил пройтись. Но хождение взад и вперед, не приносило облегчения.
Провожая глазами въезжающие повозки, он с отчаянием смотрел на уходящих людей и мечтал оказаться в лесу, в небольшом уютном домике среди деревьев, где живет его Мариэль.
– Хватит. Нужно что-то решать, я же мужик. – Ударив себя кулаком по груди, он почувствовал прилив сил и отваги. – Сколько можно нюни распускать?! Через неделю Мариэль вернется и мы снова встретимся. Так, я все решил, и мне стало спокойнее. Но если я не перестану разговаривать с камнями, я точно сойду с ума. – Взглянув на лежащего рядом пса, Виктор поманил его за собой и вошел в пыльный и шумный город. Это был город, в котором он родился, но через несколько лет, он будет управлять им, как сейчас это делает его отец.
По улицам бегали дети и смеялись оттого, что они просто были счастливы. Недалеко от них шли их родители и узнавая Виктора, спешивались. Женщины делали небольшой реверанс, а мужчины кланялись.
Скромно улыбнувшись, Виктор поправил плащ и позвал Илота. Во дворец идти желания не было, видеть младшего брата и отвечать на вопросы отца, «Где он был всю ночь?» – удивительно, но тоже не хотелось.
Поэтому решив для себя, что направится домой после обеда с Хубардом, он накинул капюшон на голову, чтобы больше его никто не узнал и свернул на улицу к жилищу друга. Через несколько кварталов он очутился у красивой дубовой двери небольшого домика, спрятавшегося за стеной зелёно-желтого хмеля. Нетерпеливо постучав, Виктор поправил плащ, кашлянул и посмотрел в мутное окно дома. Ничего не было видно – ни движения людей, ни света от ламп.