– Ваше Высочество, что вы с ними сделали? Они на себя не похоже.
– Мы просто все устали. Но это все еще мы! А теперь нужно отнести ребят в комнаты. Нам бы не помешала помощь еще кого-нибудь! Может быть, конюх Аярис рядом и поможет нам?
– Видите ли, я думаю это не возможно, просто этот охламон ушёл после ужина. Ему принесли записку, а когда он её прочёл, весь побелел. Стал как накрахмаленное полотно. Верите, нет, а я очень испугалась.
– Видимо, случилось что-то, раз он так резко сорвался?
– Я тоже так подумала. Жаль не успела спросить и записку он забрал с собой.
– Миссис Фелиция, как вам не стыдно говорить мне такие вещи?
Кухарка прыснула от смеха и покраснела до кончиков волос.
– Так ладно, позови тогда садовника, пусть поможет нам с детьми. Не хочется, чтобы они проснулись. Утомились бедные.
Спустя пару минут, садовник, кучер и Виктор перенесли детей в комнаты и оставили их там. Наследный принц покинул кухню, поблагодарив миссис Фелицию ещё раз. Поднявшись к себе в комнату, он сбросил накидку и из карманов посыпались бумажки, которые ему вручил Криси на площади.
Адреса, имена, непонятные каракули, номера домов и квартир, зарисовки улиц, как пройти к месту. Какие-то бумажки были заляпаны заварным кремом от вафельных трубочек, часть – была в грязи и песке. Все смешалось перед глазами, но одно имя стояло особняком и будто бы светилось. Оно жгло пальцы и омрачало мысли.
Стук в дверь вернул принца в реальность. Положив бумажки в карман, произнес:
– Войдите.
– Ваше Высочество, я вам нужен? – Камердинер вошёл в комнату и остановился.
– Да, Феранд, приготовь мне ванну и костюм к ужину.
– Будет сделано, Ваше Высочество. Кстати, ваша семья уже ожидает вас! – Крикнул камердинер из ванной комнаты, стараясь перекричать шум льющейся воды.
– Неужели? – Виктор положил перстень на каминную полку, снял рубашку и брюки и, бросив их на пол, направился в ванную. – Думаю ничего страшного, если они ещё подождут. Да, Феранд? – Произнес Виктор, выпуская мужчину.
– Я предупрежу их, что вы задержитесь, Ваше Высочество! – Камердинер закрыл дверь в ванную и, подобрав разбросанную на полу одежду, вышел из комнаты.
***
После того как Феранд помог принцу одеться, Виктор посмотрел в зеркало и, увидев в нем отражение своего преданного слуги, спросил:
– Феранд, скажи, ты верен мне?!
– Ваше Высочество, вы не должны сомневаться в моей верности. Никогда! – Камердинер опешил, и краска отлила от его лица.
– Тогда ты должен понимать, что сейчас мне, как никогда, очень нужны свои люди во дворце. Твоя поддержка и помощь очень важна. Для меня.
– Я понимаю, сэр! Но с чего такие вопросы? – Камердинер прошелся щеткой по плечам и спине хозяина и поправил полы пиджака.
Повернувшись к Феранду, он прошёлся по комнате, и, вернувшись обратно, произнес:
– Я не вижу той одежды, которая была на мне час назад. Ты должен знать, где она?
– Она в стирке сэр. – Уверенно сказал Феранд. – Где и положено быть грязной одежде.
– Но! Там же адреса были, имена! Что ты наделал, бестолочь?! – вскрикнул Виктор и схватил себя за волосы. – Ты не должен был вот брать и нести ее в стирку, не спросив меня. Это похоже на предательство. Уходи!
Резко подойдя к двери, он, дернув за ручку, и посмотрел на Феранда. И тут увидел, что у него в руках лежит пачка измятых, но таких дорогих ему бумажек.
– Сэр, вы это искали? – Серьёзно спросил камердинер, и кончики губ приподнялись в улыбке. – Я вас знаю много лет и ваша привычка оставлять в карманах все подряд, давно мне известна.
– О, Феранд, дорогой ты мой, родной. Извини за мои слова. Я сейчас весь на эмоциях! – Подойдя к камердинеру, он приобнял мужчину, а затем забрал бумажки. – Ты меня спас, ни больше, ни меньше.
Положив листы в стол, он запер ящик и сунул ключ в карман.
– Феранд, ты предупредил отца, что я опаздываю?
– Да, Ваше Высочество, но дело в том, что все уже поужинали и разошлись по своим комнатам. Кроме вашего отца. Он ожидает вас в библиотеке.
– Хм, что ему от меня надо?! Предвижу очередные нотации со стороны родственника!
– Не знаю, сэр, но говорил он серьёзно. Не гарантирую, но, кажется, я слышал одно имя. Одно знаю точно, я не смогу его произнесу, но думается мне, что оно эльфийское.