– Давай ты ее сама об этом спросишь. Тем более идти нам осталось совсем немного. Вот как это поле виноградной лозы закончится, можно сказать, что мы сразу выйдем к Фьоре.
– Скорей бы. Кажется, мы целую вечность идём до этой деревни.
– Не преувеличивай, никакую не вечность, а всего лишь несколько часов. К закату должны быть на месте. Нас ждут как раз к ужину.
Перебравшись через колючие кусты дикого винограда, поцарапав ноги и порвав подолы платьев, эльфийки вышли на небольшую тропу и увидели, озеро. Небольшое, но очень красивое, оно восхищало своей безмятежностью. Казалось и ветер не был ему помехой, мелкие волны оно сглаживало и оставалось зеркальным.
– Это чудефно! – Восхитилась Мариэль и ненадолго забыла про свой опухший язык, который уже не умещался в рот и торчал из него, как у бешеной собаки.
– Дочка, меньше разговаривай. До деревни осталось немного и там бабушка тебе обязательно поможет.
– Ох, мама, думаю мы ф тобой ошиблифь на фчет этих ягод. – Мариэль с трудом выговаривала слова. - Мне бы антигифтоминное какое-нибудь!
– Девочка моя, но где же я добуду тебе лекарство. Жаль, конечно, что ты не взяла с собой справочник. Он бы нам сейчас не помешал.
– Мамондик Жмунь, как мне тебя не хватает! – Завыла эльфийка и прислонилась к дереву. Эмоции захлёстывали и не оставляли девушку в покое. Она не понимала, как она могла забыть эту книжонку, которая всегда ей помогала. Получается, что без неё, она была беспомощна и не могла себе помочь.
Слёзы текли ручьём. Размазывая их по лицу, она задевала опухший язык, торчащий изо рта и от ощущения своей никчемности казалось себе отвратительной. – Как я покажуфь фойей бабушке? Такая?
Внезапно почувствовав сзади толчок, Мариэль увидела детеныша Пантоленя. Чёрный с рыжими пятнами по всему телу, он был ростом около метра с небольшими ушками и желтыми глазками-бусинками. Рожки на голове только-только прорезались, поэтому малыш пантолень бегал от дерева к дереву, чтобы почесать зудящие места на макушке. Натыкаясь на все подряд, он издавал мяукающие звуки и фырчал от негодования.
– Ты фото такой? – Мариэль отошла от дерева, чтобы зверёныш почесался вдоволь. Прислонившись к неровной и бугристой коре Пантолень заурчал от удовольствия и подёргивая задней лапкой посматривал удивлённо на эльфийку.
– Это Пантолень! Смесь пантеры и оленя. – Произнесла Иеления и подошла поближе к детёнышу. – Он совершенно безобиден для эльфов, хоть в нем и течёт кровь хищника. Ловко лазает по деревьям, обожает нежиться на ветках, цепляясь за них рогами, часто засыпает на верхушках деревьев. Малыши без рожек, падают на землю, но вновь забираются наверх, поближе к сородичам. Мне иногда кажется, что они мечтают стать птицами.
– Я никогда их не видела, рядом ф нашим домом, таких зверей нет. Кажется, мой язык стал меньше, может аллергия проходит.
– Мы уже на территории Фьоре, здесь даже воздух целебный. – Иеления поглубже вздохнула и улыбнулась. – Пантолени обитают только рядом с эльфами, они боятся и ненавидят людей. Когда видят иноземцев, кровь хищников начинает бурлить и тогда лучше держаться ота них подальше.
– Я не знала. Ты мне никогда не рассказывала об этом. Да я и не просила.
– Фьоре необычное место. Скоро сама все поймешь, почувствуешь сердцем, если захочешь.
Погладив зверька, Мариэль прошептала ему что-то на ухо и отправилась дальше за матерью. Пантолень еще немного почесал голову, а затем убежал в неизвестном направлении.
Спустя час уставшие, но довольные путники прибыли в деревню эльфов.
– Вот здесь и начинается моя деревня! – Радостно произнесла Иеления удивлённой дочери. Мариэль стояла с распахнутым ртом возле ворот, укрытых плотным занавесом хмеля. – Поселение Фьоре, одно из немногих мест, где можно встретить последних эльфов.
– Мама, а как нам попасть внутрь? – Мариэль подошла к воротам и поискала глазами ручку. Не найдя ничего похожего, повернулась к матери и пропустила ее вперёд.
– Нет ничего проще, нужно просто толкнуть дверь и войти. – Усмехнувшись, эльфийка сделала то, что сказала и ворота с лёгкостью открылись. – Вот только дальше ты не пройдёшь! – Тотчас же перед их глазами выросли два эльфийских лучника на изабелловых лошадях.