– Очень благородно. И где твой пузырек?
Зарволея порыскала по карманам и ничего не нашла. Отрицательно покачав головой, произнесла:
– Может, я его потеряла.
– Я так не думаю. Мне кажется, что тебя обыскали, когда ты была без сознания, и забрали яд.
– А твой, почему не забрали?
– Вот бы мне это узнать?
В голове Мариэль послышался шум, и она почувствовала знакомое ощущение покалывания в районе висков.
– Исилендил, это ты? – почти прокричала эльфийка.
– Не-е-ет. Это Жмунь, и мне немного обидно, что теперь ты больше любишь своего эльфа, чем меня.
– Что ты там щебечешь, это же неправда! – Мариэль почувствовала жар на щеках и завертела головой, испугавшись, что слова мамондика еще кто-то мог услышать.
Секундное молчание удивило Мариэль, она уже подумала, что Жмунь отключился, но потом снова послышался писк.
– Я тут лишнее сболтнул, а кое-кто это услышал. Прости Мариэль.
– Виктор? Он с тобой? – Осторожно спросила Мариэль, опасаясь того, что принц может узнать её мысли, но поняла, что это не возможно.
– Да и он хочет меня убить! Все-таки мой язык сыграл со мной злую шутку, а я так надеялся, что до этого не дойдет.
– Жмунь, где вы находитесь?
– Снаружи замка. Но мы не понимаем, где ты? Опиши мне место и Виктор скажет, как нам туда попасть.
– О эльфийские единороги, это сложно! – Мариэль приподнялась и схватилась за прутья клетки. Осторожно ступая по краю стенки, она оглядывалась по сторонам и запоминала детали. Стараясь не смотреть вниз и не видеть мертвых эльфов и стоящих рядом с ними королевских наследников, Мариэль тяжело сглотнула и откашлялась. – Это большой зал, темный, окон здесь нет. Здесь много зажжённых факелами. Тут прохладно и сыро, словно мы находимся под землей. Но стены высокие, словно мы внутри древнеримского атриума. Наша клетка висит под самым потолком, как будто мы сидим на вершине высокого дерева в нашем эльфийском лесу. Есть несколько выходов, как минимум два, которые я вижу. Железная клетка, в которой мы сидим, поднимается с помощью механизма, которым управляет Руслан.
Мариэль услышала в ушах шум, какой-то глухой удар и писк Жмуня.
“Жмунь, ты живой?”
“Ох, лучше бы я умер. Мы идем к тебе, Виктор догадался, что это за место такое. А еще он понял, что его брат Руслан, тоже там. И он рассердился. Этот принц очень зол, ну а я попал под его горячую руку. Мариэль, мы уже идем, дождись нас, пожалуйста!”
"Никуда не уходи!" – слова Жмуня крепко засели в голове эльфийки. Она проигрывала их, пробовала на вкус, смаковала. Но не понимала, куда она могла уйти?
Она же в клетке, как птица. Пленница, запертая так высоко, что если посмотреть вниз, голова пойдёт кругом. Но только не у нее, она же эльфийка, внучка эльфийского короля Друлавана. И она никогда не боялась высоты, а лазать по деревьям вообще было одно из любимых занятий.
Посмотрев на окружающих себя эльфов, она увидела только страх и отчаяние. Похоже, что её соплеменники смирились со своей участью и готовы были принять смерть как дар.
Но только не Мариэль.
Не сегодня и не сейчас.
"Дождись нас, пожалуйста!" – слова зверька обожгли горло и прибавили смелости для дальнейших действий.
Рука потянулась в потайной карман и достала пузырек с ядом. Благородная смерть, лёгкая и туманная как сон. Аптекарь хотел, чтобы она умерла спокойно, поэтому и вручил ей этот пузырек, как напоминание о том, что он рука смерти. Всевластная, законная и не подлежащая опровержению.
Раскупорив пузырек, Мариэль вдохнула знакомый аромат. Воспоминания нахлынули и накрыли мрачным саваном.
Голова Лариэль покоится на её коленях, и она гладит белоснежные волосы сестры. Целует её холодные щеки и смотрит последний раз в глаза, напоминающие синие озера.
– Ты не виновата. Я прощаю тебя…
Внутри словно нарастающая буря, закручивается вихрем, сметая все эмоции, оставляя лишь злость и неверие того, что это на самом деле происходит.
Она простила меня за смерть. Но я никогда не пощажу тех, кто решил, что он может быть рукой смерти. Они за всё заплатят, за всё ответят, сначала передо мной, затем перед Богом.