— Вы думаете, они согласятся служить новому императору⁈ — удивлённо уставился на орка Ильхоран.
— А кто их спрашивать будет? — ухмыльнулся генерал Ларин. — Есть методы для тех, кто плохо понимает сложившуюся ситуацию и будет стоять на пути прогресса и развития нашей Империи.
— Ну, посмотрим, что у вас получится, — недоверчиво протянул лорд дроу.
Раздался кашель. Это начальник штаба привлёк к себе внимание отвлёкшихся командиров.
— Да-да, Даин, извини, что отвлеклись и прервали тебя, — обратился к гному Ихльхоран.
— Также в старой столице сопротивление оказывают части Московского гарнизона, юнкера, кадеты старших классов и студенты, а также странная сборная солянка рабочих дружин, вооружённые кое-как. Но эти силы действует крайне несогласованно. Ваши спецы, лорд, стараются захватить их центры управления или ликвидировать непосредственных командиров. По примерным оценкам, им куролесить ещё около суток. И то потому, что силы десанта при поддержке штурмовых ботов не используют свои возможности на все сто процентов, избегая больших жертв. В остальных городах столкновения носят спорадический характер. Главное. Мы лишили противника связи и управляющей верхушки. Да и наше подавляющее техническое превосходство ощутимо облегчает дело. Пушки, что как-то могли нанести вред нашим частям, уничтожаются точечными ударами. Дроны разведчики постоянно отслеживают перемещения сил и вовремя сообщают о возможной опасности. Агитаторы от нескольких партий призывают рабочих к всеобщей стачке.
— Ну, этим можно было пугать только царское или временное правительство. Нам от того, работают они или бастуют, ни жарко, ни холодно, — ухмыльнулся генерал орк.
— Так это издержки шаблонного мышления, партийные глашатаи, столкнулись с новой для себя угрозой, решили, что если в прошлом эти приёмы срабатывали, то и сейчас помогут. А проанализировать новую для себя угрозу у них времени не было, да и существа мы очень своеобразные, сложно подающиеся анализу (ну, для их уровня знаний), — сказал лорд Ильхоран.
— Собственно, можно с уверенностью доложить, его королевскому величеству (в будущем его императорскому величеству), что первый этап операции «Поступь империи», — тут капитан первого ранга Даин очень хмуро посмотрел на генерала Ларина, — успешно завершён с опережением графика за четырнадцать часов. Наши части добились того, на что по плану отводились сутки.
Планета Земля. Российская империя. Петроград. Казармы Лейб-гвардии Павловского полка.
— Гранату! Гранату! — вопил бородатый старший унтер, на мгновение выглядывая для выстрела из разбитого окна казармы. — Да где же Кульков⁈ — рявкнул он в ту сторону, в которую убежал посланный за этим самыми гранатами солдат.
— Степан Ильич, эти, — боец, что перезаряжал винтовку, кивнул в сторону окна, — не реагирует на наши пули. Я в них больше десятка раз попал и не один даже не покачнулись.
Солдат удостоился хмурого взгляда унтера. Степан Ильич вздохнул: это Семёнов, он один из лучших стрелков во второй роте, имеет знаки за отличную стрельбу и если говорит попал — значит попал. Слева, на этаж выше, затарахтел «Максим».
Вокруг закованных в броню и рассредоточившихся на Марсовом поле солдат противника заплясали фонтанчики от пулевых попаданий. Из-за одной из летающих барж, на которых прилетели неизвестные, вышло странное железное шестиногое чудовище с пушкой на спине панциря. Пулемётчики сразу же перенесли огонь на этого явно механического зверя. Унтер видел, что ещё одна очередь высекла искры, пройдясь по его броне, но не причинив вреда. Но, видно, это переполнило чашу терпения пришельцев, и они стали отвечать. Пушка на пауке чуть дёрнулась, наведясь куда-то влево, где тарахтел, не замолкая, пулемёт и плюнула ярко алым росчерком. Грохнуло. Из окон вылетели ещё как-то уцелевшие до сих пор стёкла, а с потолка посыпалась побелка.
— Твою бога душу мать да через колено! — выдохнул унтер, стряхивая с гимнастёрки насыпавшиеся осколки.
Этот выстрел на какое-то время впечатлил всех, даже беспорядочная пальба, которой гвардейцы встретили пришельцев, на время затихла.
— Да где там этот Кульков⁈ — повторил свой вопрос унтер.
Ему никто не ответил. Из дальних помещений казармы доносились невнятные команды, мат, топот ног и понятно, что крик унтера потонул в царящем гвалте.