Я медленно перелистывала страницы, погружаясь в другой мир. Довольно странный альбом, по всей вероятности подбирался он бессистемно. Были здесь знаменитые шедевры великих мастеров, но были и совсем незнакомые картины, известные должно быть, только специалистам. Налюбовавшись вдоволь любимой Мадонной Грандука Рафаэля, я перевернула страницу. И снова неизвестная картина.
Горный пейзаж. Овцы вдали. На переднем плане пара молодых людей. Парень с роскошной гривой чёрных волос улыбается девушке. На нём белая, сильно раскрытая на груди рубашка и обтягивающие штаны чуть ниже колена. В руке свирель или флейта. Кажется, он хочет поцеловать девушку, тянется к ней. Лица девушки я разглядеть не могу — она спиной ко мне. Вижу только сияющую корону золотых волос. Руки молодых людей соединены. Обычная пастораль, если бы не одна вещь: парень с картинки вылитый Марк. И факт этот может свидетельствовать лишь об одном: я всё-таки повредилась рассудком. Смотрю на подпись к репродукции: «Неизвестный художник. XVIII век. «Мимолетное счастье»». Интересное название.
И тут я замечаю, что на картине в самом углу композиции есть ещё третий человек. Воркующая парочка его явно не замечает. А он весь в чёрном, как беспощадная и жестокая судьба, которая вот-вот обрушит свой гнев на тех двоих, что посмели вообразить, что счастье будет вечным. У чёрной фигуры такой тяжелый взгляд, что я невольно вздрагиваю.
— Что это за картина, вы не знаете? — обратилась я к хозяйке альбома. — И кто художник? Здесь написано неизвестный.
— Я ничего не могу сказать о личности художника, — помолчав, ответила моя соседка. — Но могу кое-что поведать о тех, кто изображен на картине. Дело в том, что оригинал хранится у меня дома…
***
— Вот конфеты и печенье, угощайтесь.
— Спасибо, но вы сильно рискуете: я могу увлечься и ничего не оставить.
— Ну и на здоровье.
Я нахожусь в маленькой квартирке моей больничной соседки. Прошла неделя с того памятного дня, как я увидела репродукцию странной картины. Нас выписали одновременно, а на следующий за этим день я получила приглашение в гости. Чтобы своими глазами увидеть то, что так поразило мое воображение, а главное убедиться, что я в своем уме, и парень с картины, в самом деле, слишком похож на Марка. Одно лицо просто. И вот мы сидим за столом, покрытым кружевной скатертью (явно произведение умелых рук Хозяйки), пьём чай с разного рода вкусностями и разговариваем. Сначала о вещах абстрактных: например, о погоде и цветущей на окне фиалке. Потом я делаю комплимент затейливым узорам уже упомянутой скатерти.
— У вас удивительные руки и терпение. Я сама пыталась несколько раз, но неизменно работа летела в одну сторону, клубки с нитями в другую, а я зарекалась: «Больше никогда!» Вы же просто Волшебница.
— Да нет, — улыбается моя собеседница. — Просто я одна. Много свободного времени. Вот и развлекаюсь. Вяжу или вышиваю. Взгляните.
Разворачиваюсь в указанном направлении и вздрагиваю от восторга: шёлковое покрывало, расшитое золотом. Роскошные цветы и птицы просто горят в искусственном свете. Вышивка золотом — не так часто встретишь это сейчас, в самой обычной комнате.
— Но ведь это вещь скорее для дворца, — растерянно бормочу я. — Либо на крайний случай для музея. Великолепно. И все это вы сами?
— Я же говорю, у меня слишком много свободного времени, — улыбнулась старушка. — Но перейдем, наконец, к тому, зачем вы пришли ко мне. — Моя собеседница поднимается с кресла и подходит к дальней стене, отодвигает занавески. И вот она, картина. Та самая. Большая, почти в полстены. Теперь можно рассмотреть каждое действующее лицо до мельчайших подробностей. Парень, в самом деле, Марк. Я не могла ошибиться. Разве есть ещё на свете такие же искрящиеся карие глаза и такая же улыбка? Нет, он один такой. Мастер всё-таки художник. Марк смотрит прямо на меня и улыбается мне. Только мне одной…
— Вам знаком юноша на картине, ведь так? — выводит меня из мечтательности моя собеседница.
— Да. — Я удивленно поворачиваюсь к ней. — Но ведь это невозможно.
— Почему же? Вполне возможно. Есть много вещей, которые невозможно объяснить. Однако они существуют. В этой реальности его зовут Марк Леклер, и он известный певец. А в параллельной — он Марк из рода эльфов. Внук ныне правящего короля Холтафа.