— Прилетишь обратно, подарю тебе новый самолёт, — пообещал Марк.
— Я хочу сам сделать, — застенчиво проговорил дракон. — Если получится.
— Конечно, получится, — уверила его Тию. — Надо только очень захотеть.
— Сказал бы кто-то раньше, — пробормотала я, — что мне доведется проводить вечер в компании эльфов и дракона. Так бы ему и поверила.
— И как ощущения? — поинтересовался Марк, притягивая меня к себе и пронзая взглядом.
— Волшебно. Правда, кажется, я немного повредилась рассудком. Но мне это даже нравится, — выдала я под общий взрыв смеха.
***
Спустя ещё несколько дней я и Марк уже прогуливались в парке. Чудесный воздух, наполненный весенними ароматами, кажется, излечивал моего милого эльфа гораздо быстрее, чем все врачебные снадобья, изготовляемые Гвелайном. Марк снова улыбался, его чудесные глубокие глаза светились тем особенным, мягким светом, который ласкал, не прикасаясь. Я не могла им налюбоваться, надышаться им не могла. Руку боялась отпустить, чтобы не исчезло все как сон. Как мираж.
Чтобы Марк не утомлялся, мы часто останавливались посидеть на лавочке, в тени цветущего дерева или в беседке. В ней ставили удобное кресло, столик, приносили книги, словом создавался комфорт. Однако побыть наедине с любимым мне редко удавалось. Как всегда, где появлялся Марк, вокруг неизменно собирались все местные девушки. Обитательницы замка не упускали случая поболтать с ним, послушать его рассказы. Ещё бы — ведь он был победителем колдуна, укротителем дракона, исполнителем Древнего Пророчества. Вам часто доводилось встречать подобную знаменитость? А если эта знаменитость обладает ещё столь привлекательным обликом и бархатным голосом. Да ещё рядом с ним его друг, тоже герой Колхиора, между прочим, и тоже красавец, каких мало. Разве можно усидеть в скучных комнатах, когда так хочется находиться рядом с ними?
Эльфийки играли с Марком и Тристаном — загадывали сложнейшие загадки. Однако оба обладали очень сильной интуицией и отгадывали практически всё. Хотя … иногда мне казалось, что кто-то из эльфиек (не будем уточнять кто), подавал им какие-то знаки. Да и загадывающая была не против того, чтобы победителем оказался либо Марк, либо Тристан. Ведь в этом случае ей можно было чмокнуть кого-то из них, а против этого она отнюдь не возражала.
Марк научил эльфиек простейшей детской игре в ладошки: когда ладони одного лежат на ладонях другого, и тот, чьи ладони сверху должен вовремя их убрать. Иначе можно получить шлепок от того, чьи ладони снизу. Визг, смех, шутки из беседки разносились по парку. В конце концов, прибегал Гвелайн и разгонял всю весёлую компанию. Эти девчонки утомляют еще не окрепшего принца. Её величество строжайшим образом отчитывала не в меру легкомысленных эльфиек, а потом сама садилась в беседке с рукоделием с целью оберегать покой любимого внука. В беседку разрешалось приходить только Тию и Тристану, чтобы Марк не скучал. Я готовила и разливала чай. Наступала временная тишина.
— Просто кошмар, — позволяла себе возмутиться Элоя. — И это мои фрейлины. В нашем замке теперь самое тихое существо это Гарникс.
И королева была права — наш замечательный дракон очень старался не шуметь. Если когда он прилетал, Марк дремал в кресле, Гарникс тихонько сидел поблизости, оберегая его сон. А после пробуждения, эльфийский принц рассказывал ему всё, что знал о самолетах, дирижаблях, воздушных шарах. Рассказывал также о знаменитых братьях Райт и братьях Монгольфьер, о Сент-Экзюпери. Гарникс подозрительно захлюпал носом, когда узнал, что смелый лётчик и писатель погиб так рано. А когда ему рассказали историю Маленького Принца, так расчувствовался, что на несколько дней улетел в свою пещеру, чтобы в одиночестве переварить впечатления.
Так проходили дни выздоровления. Я бы назвала их счастливыми, несмотря на то, что Марк всё-таки слишком часто становился объектом всеобщего внимания и восхищения. Помимо того, что женское население замка вертелось вокруг него (несмотря на возмущение лекаря), короля Холтафа и королеву Элою иногда посещали родственники с разных концов Олиора. Всем хотелось своими глазами увидеть их необыкновенного внука. И хотя общение старались сделать как можно более коротким, Марк успевал пленить сердце каждого своими обворожительными манерами и обаянием. Гости уезжали совершенно очарованные и рассказывали о нём другим родственникам. Короля Холтафа всё больше одолевали намеками устроить весенний цветочный бал в честь знаменитого внука. Его величество вежливо отказывал, ссылаясь на всё ещё слабое здоровье принца, однако им всё сильнее завладевала одна мысль, которой он поделился лишь с королевой. Мысль эта могла полностью изменить наше безмятежное существование в замке. Но пока я и Марк пребывали в счастливом неведении, наслаждаясь, прогулками и обществом друг друга.