— Всего лишь несколько песен, — подбодрила его я. — Тихонько, под звуки лютни. В семейной обстановке. Не страшно ведь.
— Страшно. Но нужно. — Марк сосчитал до трёх, вошёл в дом и практически моментально из неуверенного и сомневающегося превратился в того Марка, которого мы все знали и обожали: улыбчивого, предупредительного, обворожительного. Магду он расположил к себе сразу. Эльза же какое-то время привыкала, присматривалась. Но длилось это до первого звука прекрасного голоса эльфийского принца.
Марк, всё-таки был гениальным артистом. В очередной раз он дал нам это почувствовать. Он очень тщательно подошел к выбору песен для Эльзы. Не было здесь эффектных вещей, позволявших шикануть вокалом, не было разрывающих душу любовных романсов, доводящих до слёз (уж он был мастер по выжиманию их из глаз слушательниц). Были несколько очень простых по мелодике баллад, связанных больше с природой и размышлениями о жизни. Но его голос … Я не могу описать, насколько проникновенно он звучал, каким теплом и нежностью обволакивал сердца слушателей. И не совру, если скажу, что было в нём что-то волшебно-целительное. Он тихо покачивал нас в волнах звуков и уносил от всех тревог и забот куда-то в безмятежную страну среди звёзд.
Марк пел балладу о водяной лилии, которая поднимается из тёмных вод навстречу солнцу, когда к нему присоединился нежный голосок. Эльза знала эту песню и так увлеклась, что запела сама. У Марка сдавило горло, но он продолжал петь, чтобы не спугнуть ушедшую в грёзы девушку, которая покачивалась в такт музыке и пела. Пела чудо как хорошо. Их дуэт был так прекрасен, что мы долго и потрясённо молчали, когда наступила тишина.
— Простите, я вас покину ненадолго, — пробормотал Марк и быстро вышел. Все мы были встревожены. Я не выдержала и выбежала вслед за любимым. Он сидел в траве, под деревом, закрыв лицо руками. Я отвела руки и увидела слёзы на его щеках.
— Марк, хороший мой, — не на шутку испугалась я. — Тебе совсем плохо?
— Она улыбалась, понимаешь? — прошептал он. — Когда пела. Её душа пробудилась окончательно.
— Да, да, милый, — я гладила его кудри. — Ты помог ей, вырвал из ада. Только сам успокойся, пожалуйста.
— Я счастлив, — Марк улыбнулся так светло, как никогда. — Правда, счастлив.
— Очень хорошо, только успокойся, — твердила я.
К нам подошла Эльза с розой в руках. Она опустилась на колени, поближе к сидящему Марку и протянула ему цветок.
— Вы необыкновенный, — прошептала она, глядя ему в глаза. — Спасибо за всё. И за ваш голос. Вы будто прогнали весь мрак из моего сердца и теперь там свет и покой.
— Я… я … всего лишь пел, — счастливо выдохнул Марк.
Подбежали остальные, и мы очень осторожно принялись выводить из состояния экзальтации наших слишком впечатлительных друзей. Магда принесла свои потрясающие пирожки. Мы стали воздавать хвалу её кулинарным способностям. Две-три шутки Тию — и все хохочут, уплетая пироги. Буря миновала. Остался лишь светлый след в душе каждого из нас. Ощущение прикосновения к чему-то непередаваемо-прекрасному.
Марк вернулся из сфер, где обитают лишь избранные души на грешную землю и принялся рассказывать Эльзе о том, что у нас есть ручной дракон и если она захочет — можно будет с ним познакомиться. Разумеется, она захотела. Гарникс шаркнул задней лапой и подарил новой знакомой воздушного змея, сделанного им самим. А потом мы все вместе взвились в воздух, визжали и хохотали так, что, наверное, нас было слышно в Ормоне и за его пределами. Эльза смеялась не меньше других. Слегка обалдевший от полёта Ральф уже внизу запинаясь благодарил нас всех.
— Вы подарили нам счастье, — повторял он. — Мне, Эльзе, Магде.
— Мы всего лишь ускорили выздоровление, — махнула рукой Тию
— Ты сам сделал главное, — хлопнул друга по плечу Тристан. — Первые шаги. Живите в гармонии и цените друг друга.
Ральф, Эльза и Магда долго ещё махали нам вслед. А мы все находились в какой-то странной эйфории. Всё-таки это удивительное чувство, когда буквально на твоих глазах расцветает человеческая душа, и ты имеешь к этому самое прямое отношение.
Марк затянул арию Неморино, и мы не очень стройно к нему присоединились, сбивая друг друга и хохоча. В таком настроении мы возвращались в замок. Занятые своими проблемами, мы совсем не замечали, что там происходят события, которые могут круто изменить наши судьбы.
Глава 18. Эльфийская корона
Сказать, что Холтаф гордился внуком — значит не сказать ничего. С тех пор, как Марк появился в замке, он прочно занял место в сердце короля. Конечно, его величество не стал меньше любить своих сыновей и очаровательную внучку. Но Марк… здесь был совершенно особый случай. Ведь его мальчик стал уже легендой Олиора. Хотя сам он об этом совершенно не задумывался и был занят только вопросами собственного счастья и счастья своих друзей. Зато королю эльфов было совсем небезразлично, что о его внуке распевают песни бродячие менестрели. А также то, что представители самых знатных эльфийских семей прозрачно намекают, что у них имеются дочери на выданье, которым не терпится познакомиться со знаменитостью Олиора.