Я перестала спать. Боялась, что всё исчезнет, как это сто раз бывало при пробуждении. Марк говорил, что так нельзя, что спать иногда необходимо. Он убаюкивал меня, тихонько напевая какую-нибудь нежную песню. И я засыпала, не отпуская его руку. Казалось, так я смогу удержать любимого. А утром просыпалась от того, что он нежно гладил мое лицо. Его глаза, улыбка —я видела их первыми после пробуждения. А за окном занимался новый день, меня ждали новые встречи и чудеса.
Мы принимали гостей. Тристан и Тию часто навещали наш уютный уголок. Хотя у Тристана сейчас было слишком много дел с предстоящей коронацией. Нужно вникать в дела королевства, знакомиться с обычаями, ситуацией в государстве, находить общий язык с правящим кабинетом. Мучительное занятие для свободолюбивого человека. Тристан уже решил для себя, что если уж будет править, то многое изменит. Душой он отдыхал, только навещая нас в обществе своей ненаглядной Тию.
Они были счастливы. Это чувствовалось во всём. Во взглядах, интонациях, жестах. В том, как трогательно они заботились друг о друге.
Однажды в очень личном разговоре Тию, сильно краснея, призналась мне, что никогда не думала, что в объятиях любимого мужчины можно унестись в такие звёздные дали, о существовании которых она и не подозревала. И что она встретила такого мужчину из сказки. В нем сочетаются сразу три ипостаси: верный и надёжный друг, нежный и утонченный любовник, заботливый муж. Она может рассказать ему всё-всё, даже самое тайное — и он поймет. Прогонит её страхи и поможет разрешить мучающую проблему. С ним так легко, что она иногда просто не верит в реальность происходящего.
— Ты не одна такая. — Я приобняла подругу за плечи. — Тристан сказал как-то, что у нас с Марком одна душа на двоих. Я думаю, скорее это можно сказать о вашей паре.
Эльза и Ральф также присоединялись к нашему обществу. И тогда начиналось форменное безобразие, потому что наши мальчики с шумом и гиком устраивали заплывы в озере, распугивая местных обитателей, привыкших к тишине и покою. В довершении ко всему появлялся Гарникс. С радостным рычанием он носился над озером, размахивая крыльями, от чего маленький водоём превращался в бурное море. Не выдержав безобразий, со дна поднималась Лио, ругала всех, на чём свет стоит, грозила утопить и выгоняла на берег. Возмутители спокойствия со смехом выскакивали на берег и валились на травку. Однако веселье на этом не прекращалось. Знаете, как бывает в беззаботной компании:слово скажи — все хохочут. Просто так. Весело и всё.
Наш дракон в последнее время возился с моделью аэроплана, и вполне успешно. На таких дружеских посиделках мужская братия активно помогала ему в этом. И, в конце концов, получилось:воздушный аппарат летал по воздуху и Гарникс носился с ним наперегонки, опять же вызывая всеобщее веселье.
А потом наступало лирическое настроение. Марк играл на флейте или пел, унося наши мысли куда-то далеко и разговоры становились иными: о далёких мирах, проблемах мироздания, о природе добра и зла, а также о том, почему в мире невозможна полная гармония и чудеса. Я заметила в разговоре, что в Олиоре чудеса буквально на каждом шагу встречаются, однако наш дракон глубокомысленно заявил, что главное чудо я ещё не видела. Поляну единорогов в волшебном лесу. Все сразу загорелись увидеть это и наше желание конечно было исполнено.
В один тёплый вечер Гарникс привез нас в Волшебный лес и спрятал в тени деревьев. В ожидании чуда мы не спускали глаз с поляны, заросшей маками и фиалками. И чудо не заставило себя ждать. В алых лучах заходящего солнца появились два белоснежных единорога. Они играли друг с другом. Грациозными, полными свободы были их движения и прыжки. Казалось, будто они танцуют какой-то чудесный танец. Зрелище это надолго врезалось в память. Молчаливыми возвращались мы домой, унося в душе что-то новое, о чем нельзя сказать словами. И сами мы стали немного другими.
Очень часто мы с Марком приходили в замок эльфов. Там нас всегда ждали, потому что без моего принца гармония этого места была неполной. Семейные обеды теперь проходили весело и оживлённо. А потом Марк показывал мне замок и его сокровища: прекрасную коллекцию живописи, огромную библиотеку с редчайшими книгами, старинные витражи в окнах, бросающие цветовые пятна на внутреннее убранство замка. Мы забирались на самую высокую башню и обозревали оттуда великолепный вид на долину. Ветер бил нам в лицо, а мы только смеялись и целовались там до одурения, вознесённые над всеми, недосягаемые и счастливые.
Любила я и тихие, тёплые вечера, когда в тени парковых деревьев собиралась вся семья, кто с книгой, кто с рукоделием. Обсуждались заботы дня, строились планы, рассказывали семейные предания и легенды. Иногда Гион рассказывал о море, как плавал вместе с рыбаками. Так он зарабатывал себе на жизнь во время своих странствий. Ему нравились эти суровые люди, их тяжелый промысел.