— Я не дам тебе всё испортить окончательно. Ты только погубишь ее своей попыткой вмешательства. Я это четко понимаю. Ты создан разрушать, а не созидать.
Дран слушал, ничего не предпринимая.
— Мне надо к Ниимут.
— Юноша, не стоит уповать на то, в чем ты и сам не в силах разобраться. Ты пока только брал, только получал, пользовался тем, что тебе щедро дают. И есть сомнения, что у тебя получится раскрыться и отдать то, что так ценится во всех мирах. Свою жизненную силу. Конечно, ты хорошо придумал на счет того, что Ниимут— человек, без которого тебе невозможно жить.
— Ильсунит, не говори с ним вообще! Его надо выкинуть из нашего мира и забыть об этом неудачнике. Пориун, чего вы от него ждали? Мы, истинные эльфы, не должны зависеть от тех, в ком едва набирается половина нашей крови.
— Помолчи. С каких пор ты прерываешь старших, да ещё и членов Совета? Кто тебе дал такие права?
— Любовь! Моя любовь к той, которую этот человек почти убил. Возможно, ему вообще плевать на наш мир, вы об этом подумали? Я спасу Ниимут, именно я, и мы с ней будем вместе.
— То, что ты почти мгновенно сообразил, что ее надо нести сюда, делает тебе честь. Но все равно не дает право говорить от всех эльфов. Поэтому дай мне возможность говорить с Данилой и не лезь пока.
Жестко сказано. Эфорли указывали на его место.
— Нет, уважаемый Ильсунит, в любой другой день, но не сегодня. Повторяю, именно пориун почти убил Ниимут. И я, как её жених, имею право говорить с ним так, как считаю нужным.
Времени на ругань совсем не было, они что, не понимают этого? И даже изрядно потрепанного и израненного Эфорли мне не одолеть.
— Она тебе отказала, — мне тоже было, что сказать этому заносчивому эльфу. — И именно это тебя бесит. Ты пытался меня убить задолго до того, как мы встретили двух драконов. И, я думаю, раз так все получилось, то не было других вариантов.
— Варианты есть всегда, — не унимался Эфорли. —Ты не хотел думать, ты хотел показать свою мощь.
Я уже готовился сцепиться с упрямцем. Ведь ухталь гнал меня на помощь умирающей Ниимут. Но я не успел.
***
92
Доселе молчаливый эльф, ещё один член совета внезапно хлопнул в ладоши и наступила тьма. И в этой тьме оказались только я, Эфорли и этот самый эльф. Через секунды появился еще мой свасти.
— Отличненько, он вытянул всех в Чернь. Член клана Новолуния, который может входить в тень лунного света. Удивительные дела творятся, давно я в Черни не был.
— Это опасно?
— Вряд ли. Просто другим кланам сюда не попасть. И он может замедлять в данном пространстве течение времени. Мы пробудем тут десяток минут, а там, в нормальном мире, протикает всего одна минута. Ну, если он действительно замедлит время.
— Вы оба, горячие юнцы, —между тем с напором заговорил неизвестный мне эльф, обладающий диковинными умениями. — Вы думаете, что самые умные? Вы считаете, что сейчас время для свар и склок? Два петуха, рвущиеся в бой, два самца, спорящие без повода.
— Но, Таррэг…
— МОЛЧАТЬ!
Мгновенно стало очень холодно и на нас посыпался снег. И я понял, что лучше слушать, без возражений. Мне кажется, что такая же мысль посетила и Эфорли.
— Я даже не знаю, смогу ли тебя отсюда вытащить, брат. Ты лучше слушай, не спорь. Тень лунного света не изучена, только малочисленный клан Новолуния может тут бывать. Этакое потаенное местечко, для других недоступное. Правда, у многих кланов есть подобные нычки, он ими дорожат и всячески сведения о таких местах скрывают.
Между тем стало еще холоднее, тело коченело, зубы принялись выстукивать азбуку Морзе. А Таррэг продолжал, грозно и весомо.
— Ты, Данила, сделал то, для чего тебя сюда призвали. Не надо считать, что данный мир стал твоим. Операция закончена, наше покровительство тоже подошло к концу. Тебя убьют, рано или поздно. Не Эфорли, так Тилиней, не Тилиней, так Анули, не она, так другие.
— А что, Анули не накажут? Я готов умереть, но сначала я отдам долги той, которая обо мне все эти дни заботилась.
— Она из Совета и, по своему, хочет процветания эльфийской расе. Поэтому на твой вопрос у меня пока нет ответа. Мы дадим тебе день, возможно, ты захочешь с кем—то поговорить, что—то уладить. И отправим на Землю.
Я хотел возразить, мне было что сказать, но наткнулся на колючий взгляд, не сулящий ничего хорошего. И все равно, попытался сказать.
— Дайте мне шанс спасти ее.
— Нет.
Короткий ответ меня не устроил, но я до того продрог, что едва смог сказать несколько слов.