Пойти погулять надо. Ознакомиться с территорией. Поболтать с соплеменниками. Шутка! Я четко отношу себя к людям, не хочу быть похожим на зазнаек— эльфов.
Вскоре я наткнулся на группу эльфийских детишек, которые метали какие—то красные шарики в мишень. Наблюдали за этим развлечением двое взрослых, время от времени делая подсказки. При этом шарики дети доставали прямо из воздуха, словно фокусники. Извлекали они их не сразу, морщили лбы, шевелили губами, щелкали пальцами. И все равно получали заветные шарики с превеликим трудом. После чего отправляли в мишень и почти всегда попадали.
Ясно, хочешь мира— готовься к войне. Только я отошел от детишек, как почти уперся в одиноко стоящего эльфа. Ба, какие люди! Тобут собственной персоной. Пока он не обернулся, я попытался незаметно для остроухого изменить маршрут. Но на моем пути встал еще один безупречный, вышедший из-за дерева.
— Гуляешь?
Вроде бы просто вопрос, без угрозы в голосе.
— Знакомлюсь с обстановкой, меня зовут Данила.
— Лондар, сын Година, старший поисковик.
Сбоку подошел Тобут.
— Смотри, пориун, я сам к тебе подошел. Давай, шути, говори что—нибудь про дранов.
Нарываться на неприятности я не хотел. Почему бы не примириться с любителем скандалов?
— Иногда шутить—не к месту, Тобут. Я не знал, что ты сильно обидишься. Драны такие милые, я же тебя не с драконом сравнил.
— Ха, да увидев дракона ты обделаешься сразу.
— Возможно, загадывать наперед я не хочу. И уверяю, искать встречи с драконами не желаю. Скажи лучше, ты знаешь, как проходят испытания? Хотя бы два, переговоры с Оодуном можно не прояснять. Мне бы до них дожить.
— С таким твоим поведением тебе даже до полнолуния вряд ли удастся дотянуть.
И тут я почувствовал угрозу. Острое чувство опасности исходило от моего собеседника. Внезапно он сделал выпад, пытаясь ткнуть в меня иглой, но мне удалось отклониться, только при это я почти наткнулся на второго эльфа.
— Олёёём, —шепнул сын Година и махнул рукой, создавая какое—то невесомое облачко.
Я почувствовал, что мне обожгло руку, словно на нее плеснули кипящее масло. Тобут со своей иглой повторил попытку, но снова в меня не попал. Неудачник!
— Держи его!
— Стой, ты что, не видишь?
— Давай закончим с этим пориуном.
— Нельзя! Он под защитой.
— Какая защита, что ты несешь?
— Стоять, товарищи! – пользуясь замешательством нападавших, я отскочил в сторону. —У меня защита!
И мысленно позвал драна, вспомнив, что он тоже защитник.
Белый зверь почти сразу скакнул из—за куста. Замер, мотая неистово хвостом, оценивая обстановку.
— Дран—то тут откуда? —удивился Лондар. — Да еще такой белоснежный, даже удивительно. Он ведь может считаться эталоном с таким окрасом.
— Это его, — мотнул головой в сторону меня мой главный на данный момент враг. — Его свасти.
— Слушай, Тобут, о таких вещах стоит заранее предупреждать. Мы дружим, да, но когда у эльфа есть такой свасти…
— Какой он эльф? В нем почти и нет эльфийской крови! Половина едва—едва.
— Но у него и защита имеется. Мы напали, она сработала, подавая сигнал тому, что её дал.
— Чёрт, зря примчался, так славно спал!
— Извини, но было опасно.
— Эти не так и опасны, всего лишь хотели тебя чуть-чуть напугать. Ерунда, мелочь.
— Ты уверен в этом?
— На сто процентов, пойду я. Им одного моего вида достаточно, чтобы одуматься. Цени это, я грозный даже когда просто рядом с тобой появляюсь. Не забудь похвалить меня, когда станешь об этом приключении друзьям рассказывать.
—У меня тут нет друзей.
Но Драник уже исчез, словно его и не было.
А я ощутил внезапно, что выданный Ниимут шарик чуть нагрелся.
Между тем эльфы передумали со мной воевать, они уже уходили, правда Тобут традиционно пробормотал, что мы ещё встретимся, что я пожалею, что тут появился и вообще… Когда начинают говорить такие слова, значит всё в порядке. Но провоцировать этих двоих я не стал. Хорошо ещё, что Лондар оказался более вменяемым или просто в достаточной мере осмотрительным.
***
11
Почти сразу в поле зрения объявилась Ниимут, оглядывая неприязненно окрестности и удаляющиеся фигуры. После этого она обратила свой лучезарный взор и на меня. Только ничего мирного и умиротворяющего в её взгляде я не узрел. Недовольство, помноженное на досаду, только и всего.