— Абсолютно! Поэтому считаю, что меня надо вернуть в мой мир, я вам совершенно не помощник.
Всё это я говорил совершенно серьезно. Зачем мне связываться с эльфами, злить драконов и оставаться в мире, который мне совершенно непонятен? Одного союзника в лице Драника маловато, чтобы ощущать себя тут в безопасности.
— А ты что скажешь, Ниимут?
Девушка помолчала, явно пытаясь мысленно сформулировать ответ. Это её поклонник или жених говорил, не подумав. А Ниимут готовила слова, выстраивала мысленно фразы.
— Без Данилы нам придется искать Эльфийские Слезы долго. Мы найдем, не сомневаюсь, только что будет, если драконы прознают о том, что ожерелье не у нас? Ведь именно оно позволяет держать их в узде. Но и Данила может оказаться не пригодным. Все равно надо его инициировать, возможно, наша кровь поможет, и он не погибнет. Я почувствовала связь, значит ошибки нет.
А вот это мне не нравилось. Зачем мне непонятная инициация, если это опасно? И вообще, я ни черта ведь не понимаю.
— Давайте так, уважаемые эльфы. Забудем на миг, что я всего лишь бракованный. Оставьте свое высокомерие на пять минут. Перестаньте смотреть в мою сторону, скрывая брезгливость. Потому что вы хотите сотрудничества. Что за инициация? Почему я могу не выжить? И на кой фиг вы вообще свои Эльфийские Слезы закинули на Землю? Трудно было у себя держать? Да, еще вопрос. Что же из себя представляет столь важная реликвия. Не по форме, а по сути? И ещё, почему вы просто не спрятали ожерелье в надежном месте, про которое знают избранные? Сейчас легко пошли бы и забрали.
Наступило молчание. Эльфы переглядывались, словно решали мысленно, стоит ли делать меня равноправным партнером. Но я вознамерился настаивать на своем.
— Потом расскажете мне, что особо ценного имеется в дранах. Я же видел, вы мне завидуете!
— Он прав, надо рассказать. Возможно, понимая суть, Данила вспомнит что—то важное. Вдруг всё просто можно решить? Он перешел черту, значит может считаться эльфом, как бы некоторые не кривились.
Это сказала Анули. Казалось, она наиболее лояльно относилась ко мне, не как некоторые. А некоторые— это почти все безупречные, за редким исключением.
***
7
Видимо, мне сейчас все же поведают, зачем именно я потребовался. С ними можно иметь дело, особенно когда они имеют заинтересованность. А пока эти самые Эльфийские Слезы не найдены, я им необходим.
— Эльфийские Слезы— это действительно ожерелье. Там семнадцать камней, каждый своего оттенка. В каждом камне частичка малая души эльфов. Семнадцать героев, сумевших убить семнадцать драконов. Шестеро при этом тоже погибли. Мой отец, допустим, и я им горжусь.
— Почему слезы?
— Не знаю, не я называл. Возможно, первый, убивший дракона, погиб. И его оплакивали. Важно другое. Дух этих героев теперь и в ожерелье есть. И драконы просто страшатся нападать, зная, что эта реликвия у нас. Они почти бессмертны и боятся умереть, хотя и делают вид, что к смерти всегда готовы. Эльфийские Слезы делают их более беспомощными, более уязвимыми и менее кровожадными. И они пытаются найти возможность его нейтрализовать, уничтожить, сделать так, чтобы оно потерялось. Сами им завладеть не могут, оно им напрямую неподвластно.
— Понятно. Тогда зачем вы ожерелье загнали на Землю?
—Слишком много желающих его получить появилось. Каждому народу хочется противостоять драконам. И даже у нас нашелся безумный предатель, который пытался реликвию отдать людям. Они больше всего от драконов страдают.
— Людям вашего мира, так?
— Ну не вашего же? Вы про драконов и знать не знаете.
— Скорее всего они и у нас водились, но вымерли.
— Это наши у вас появлялись, сейчас не рискуют. Отвлекаешь ты, Данила. Мы перекинули ожерелье в ваш мир, закрыв его заклинаниями. Эльфийские Слезы теперь не нащупать никаким волшебством. Почти не нащупать. Но мы оставили связь, мы настроили на ожерелье Ноомэра, сделав его хранителем. Видимо, драконы его нашли.
— А если это просто несчастный случай был?
— Как все произошло?
—Писали, что в мастерскую зашел человек, и через минуту все там вспыхнуло. Пожарные говорили, что загорелось сразу везде. И сгорели даже камни и железо. Я понял, что это являлось странным, но так никто ничего и не сумел предположить вменяемого и про этот пожар забыли. Сгорели четверо, все в тот момент находились внутри. Включая посетителя, пришедшего прямо перед пожаром.
— Драконий огонь, точно. А человек— просто кукла, носитель. Зря мы побоялись выставить прикрытие. Хотели, чтобы след ожерелья вовсе затерялись.