Имуэлюр.
Я знал значение этого слова. Та, без кого жить невозможно. И когда мы насладились этим поцелуем, то я знал, что мне следует сказать.
— Ты моя имуэлюр.
Да, это мы меняли действие ухталя, это мы виноваты в том, что он срабатывал неправильно. Это мы были причиной того, что все эльфы озадаченно чесали свои макушки.
Драник сидел возле нас и одобрительно цокал.
— Влип, очакик! Теперь всё однозначно! А теперь не пора ли начать двигаться к великой славе победителей драконов?
Внезапно рядом с нами появился еще один дран, не менее белоснежный, чем Энигор фон де Брассир.
Я удивленно уставился себе под ноги. Да и мой Драник тоже обалдело пискнул, даже отскочив в сторону, сделав это на столько смешно, что я даже заулыбался.
— Ты что тут делаешь, Моринг?
— Тебя пришла спасать.
— Я без твоей помощи прекрасно проживу. Иди, оберегай Завет, наставляй на путь истинный заблудших.
— Это подождет, никуда Завет не денется.
— Ты орала на меня при последней нашей встречи, дважды прокляла, трижды обозвала штолгом, а это смертельное оскорбление. И после этого ещё явилась спасать, словно я не могу сам за себя постоять?
— А как тебя ещё назвать, если ты штолг и есть?
— Сама ты усильда, вот что я тебе скажу. Убирайся, я не желаю принимать о тебя помощь!
Понятно, старые дрязги, только я полагал, что сейчас неразумно отказываться от любой помощи, потому что слышал, что драконы не желают поддаваться на уговоры своего старшего брата. И еще, странным было то, что я слышал второго драна.
— Драник, пусть помогает!
— Пусть проваливает!
Я уже догадался, что появившийся дран был той самой старшей над всеми дранами, хранительницей Завета. И она белая, значит сильная. Драниха? Смешно звучит. Впрочем, белк— звучит не менее потешно.
— Останьтесь, он просто чуть—чуть не в себе.
— Он не в себе давно, с тех пор, как решил, что драны могут помогать людям.
— Да, можем! Твой Завет, гласящий, что у дранов не может быть настоящих друзей среди других обитателей мира, устарел. Данила меня никогда не предаст!
— Все быстро заткнулись, — неожиданно рявкнули на нас со стороны. Это в разговор вмешался аль. — Сейчас не до глупых ссор, сейчас придется постараться. Мои младшие готовы к атаке. Тебя, Данила, я прикрыть не смогу, у меня задача спасти Милорна. Надейся на дранов.
***
87.
Вмешательство аля прекратило спор. И драконы действительно двинулись в нашу сторону. Но это никого не испугало. Да уж, в моем отряде сплошь безумцы. Как можно победить таких вот бронированных чудищ?
— Ты что застыл? – прибывшая королева дранов махнула хвостом на моего Драника. — Сказано же, что надо спасти этого человека. А ты, ты чего мешкаешь?
Хранительница завета шикнула на моего друга.
— А что я должен делать?
— Ты же хранитель ожерелья. Так возьми его силу себе. И после этого действуй. Хотя, раз они собираются смело атаковать, ты пока не в состоянии задействовать Эльфийский Слёзы на полную мощь. Чего— то не хватает, разбираться уже поздно.
— Как, как это сделать?
— Вот же угораздило эльфов тебя в хранители назначить. Ты что, вообще ничего не умеешь? Видимо, Совет потерял разумность, правильно некоторые бегут из Оодуна, а кое—кто просто вредит.
И тут стало не до разговоров. Коричневый дракон рыкнул, заливая пространство перед собой огнем. Только пламя наткнулось на невидимую стену, бушуя за ней, не в силах пройти дальше. Дран, не сговариваясь, закружились вокруг меня и почти сразу меня окутал серебристый купол. Вот что значит—слаженная работа!
В общем, от первой атаки дракона никто не пострадал. Я сжал в пальцах ожерелье, пытаясь понять, что же от меня требуется. И неожиданно решил, что биться с драконами вовсе не обязательно. Надо просто их изгнать, защитить сразу всех! Я же могу вызвать в себе серебристое сияние, могу же?
С этими мыслями я попытался сосредоточиться. Но краем глаза все равно видел, что происходит. Слишком стремительно, драконы оказались очень шустрыми. И, к сожалению, аль с Милорном в этом сражении не участвовали.
Во мне постепенно нарастало серебристое сияние. Но не так быстро, как того хотелось.
— Как Хранитель, я заклинаю свое ожерелье дать мне все силы, отдать мне всю энергию, которая заключена в камнях.