Способ, как именно создать Врата, пришел от Вайрина Сортра. Ох, и удивлялись же великие умы Эльвиума, когда обычный воин сумел придумать то, до чего не додумались они сами! Но никто не знал, что идея эта взяла начало от самого Ассота. Вайрин не посвятил в это даже Филлинель, которой доверял, как никому другому – Серебряный Лорд не позволил ему. Ассот хотел создать Врата, благодаря которым он смог бы соприкоснуться с Планом Хаоса, не разрушая свое измерение. Но для этого ему нужен был проводник – тело смертного.
Бедный Вайрин, его жизненный путь был полон извилистых троп и сомнений. Он всегда ходил по грани. Долг или чувства.… Но в тот раз Вайрин был уверен, что странный интерес отца к Плану Хаоса ни к чему хорошему не приведет. Он решился рассказать обо всем Филлинель, а та в свою очередь поведала о задумке Серебряного Лорда своему отцу. Решение Финнириве показалось ей жестоким: он хотел использовать идею Ассота, создать Врата, а после навеки запечатать в них самого бога асшаэ. Но у принцессы Драген оказалось слишком доброе сердце. Она не стала выполнять поручение отца и поступила по-своему.
Вместе с Вайрином Сортра они создали Эльфийские Врата и запечатали их ценой своих божественных сил, сделав себя простыми смертными. Они поставили безопасность Элизии выше своих амбиций.
И наступил долгожданный мир. Филлинель вернулась в Сердце Эльвиума и выполнила свое предназначение рода Драген, подарив родине новую наследницу. А Вайрин отправился обратно в Синдрию.
Вы будете удивлены, но именно тогда мы с героем Сортра и познакомились. На меня в то время напала жажда приключений, что порой бывает с небесными драконами, а Вайрин из тех, кто вечно впутывается в самые безумные передряги. Сдается мне, что бедняге просто хотелось умереть от тоски по возлюбленной, но он ведь слишком горд, чтобы в этом признаться. Нас нельзя было назвать друзьями, но Вайрин мне доверял. Поэтому я, возможно, единственный, кто знал об их любви и о том, какой ценой им далось создание Врат.
Но Ассот не собирался сдаваться. Он попытался использовать смертное тело лунного эльфа в виде «сосуда» для того, чтобы сдернуть Печать, но сумел лишь приоткрыть ее на время, прежде чем слабое смертное тело погибло, не выдержав божественной силы. Этого хватило, чтобы армия демонов, словно ждавшая своего часа, хлынула в Элизию, и эльфийские земли вновь обагрились алой и черной кровью.
Хаос тоже успел коснуться Ассота. Не изменил, но словно «заклеймил» Серебряного Лорда. Это отразилось не только на самом боге и его измерении, но задело и народ лунных эльфов. Магия асшаэ стала более хаотичной, а их сердца ожесточились. И Синдрия молча наблюдала, как другие эльфы сражаются с армией демонов, лишь небольшая горстка воинов во главе с Вайрином пришла на помощь Эльвиуму. Печать восстановили, убедились в ее целостности, а Врата скрыли от чужих глаз.
В землях единой Элизии начался раскол. Синдрию отделили от Содружества эльфов, а Эльвиумом стала считаться вся территория эльфийских народов: от северных гор небесных эльфов-авариэль до южных островов народа огненных эльфов-джаэрель. Королевский род Драген и члены Совета шелиэ провозгласили себя единогласными правителями Эльвиума, а свое Сердце отгородили от остальных народов волшебной Завесой. Доступ к солнечным эльфам оказался окончательно закрыт, лишь редкие избранные удостаивались чести пройти сквозь Завесу.
А ведь все политические склоки Элизии стали лишь отражением переворота в Пантеоне, где Финнириве привлек на свою сторону четырех богинь и изгнал Ассота, не желая знать «оскверненного Хаосом», и уж тем более делить с ним власть. Серебряный Лорд взбунтовался. Противостояние богов накалило обстановку до предела: солнечные и лунные эльфы оказались на грани войны.
И тогда Филлинель пришла в голову безумная идея: создать вторые Врата, которые закроют богам доступ в Элизию. У нее были знания, - могущественные знания рода Драген, - которые она использовала для того, чтобы достичь своей цели. Филлинель посвятила в свои планы лишь тех, кому доверяла – в том числе и нас с Вайрином. Я понимал, что создать творение, подобное Эльфийским Вратам, очень непросто. Слишком большую цену приходится платить, а ведь герои и так заплатили немало: первым Вратам отдали свои божественные силы, а собственное волшебство принцесса Драген истратила на восстановление старой Печати.