Я догадывался, на какую жертву готова пойти Филлинель ради спокойствия Элизии. Она всегда ставила благополучие всего эльфийского народа превыше своей безопасности. Но Вайрин – эгоистичный и циничный Вайрин – не желал с этим смириться. Филлинель была единственной, чью жизнь он ценил больше своей собственной. Сортра не позволил возлюбленной пожертвовать собой, отдав за создание Врат свою жизнь.
«Владычица Эльвиума или я, беспокойный бродяга» - так говорил мне он.
Драконам не свойственно страдать по умершим или тосковать из-за прошлого, но смерть Вайрина Сортра расстроила даже меня. Он умел находить путь к сердцам окружающих, привязывал к себе своей дерзкой улыбкой и сильным духом. Боюсь представить, что чувствовала Филлинель, когда ее возлюбленный отдал жизнь для создания Божественных Врат. Наш план удался, боги больше не властвовали над Элизией, но тогда никто из нас не испытал радости.
Филлинель же стала безутешна. Она считала, что жизни Сортра не хватит для того, чтобы удержать Печать на Вратах. Она не простила мне лжи, ведь именно я помог Вайрину обмануть ее. Владычица предрекла мне: «Однажды Ассот вновь достигнет Врат, сломает Печать, и Элизия погрузится в темное время. И лишь те воители, в чьих жилах течет позабытая кровь богов, смогут остановить Серебряного Лорда».
С тех пор минуло почти две тысячи лет. Время истончения Планов возвращается. Возможно, благодаря своему заражению энергией Хаоса, Ассот каким-то образом смог восстановить шаткую связь со своими жрицами и передать им послание. Он обещает власть и могущество своим последователям. Но это огромное заблуждение! Неизвестно, как на самом деле повлияет Хаос на лунных эльфов – он может изменить их до неузнаваемости или может и вовсе уничтожить. Но асшаэ, опьяненные лестью своего бога-покровителя, не хотят размышлять здраво.
***
Каор замолчал, давая троице возможность переварить услышанное. В глазах Кейлона появилась задумчивость, Мегиэль выглядела взволнованной рассказом, а недовольное лицо Эйри говорило о его недоверии к словам дракона.
Разглядывая пленника, Каор невольно нахмурился. Мальчишка чем-то напомнил ему позабытый образ Вайрина Сортра. И этот дерзкий взгляд цвета дикой сирени… Дракон покачал головой. Разве он мог допустить ошибку после стольких лет поисков?
«Нет, ошибки быть не может, - решил для себя Каор. – Пророчество Филлинель сбывается именно так, как должно. Вопрос только в том, как именно все закончится».
- Что случилось с Филлинель Драген после смерти Сортра? – спросила Мегиэль, глядя на наставника со всей своей серьезностью.
- Она просто исчезла, - пожал плечами Каор. - Никто не знает, погибла ли Владычица или просто ушла от всех. Но отыскать ее так и не смогли. Пока не подросла ее дочь, Эльвиумом правил муж Филлинель.
- Но почему она скрывала свою любовь к Вайрину? – возмутилась девушка. – Почему ушла к другому мужчине и даже родила ему ребенка? Это немыслимо!
- Потому что таковы традиции шелиэ, - парировал Каор. – Ведь трон Эльвиума передается только по женской линии. В союзе с сородичами у солнечных эльфиек первенцами всегда рождались девочки, в то время как браки с лунными эльфами не давали никакой гарантии, что вообще может родиться шелиэ. Как ты и сама знаешь, помесей от представителей разных народов у эльфов не бывает, ребенку передается либо кровь отца, либо кровь матери. Но это случайное стечение обстоятельств, которое никто не может контролировать. И рисковать чистотой королевского рода Драген ради романтических чувств - невероятная глупость. Да и Филлинель придерживалась традиционных взглядов, понимая, что ее долг перед своим народом превыше личных амбиций.
- Почему именно девочкам передается наследство? – хмыкнул Эйри. – Мне казалось, что в Эльвиуме равноправие. А по сути, такой же матриархат, как и в Синдрии, - он невольно скривился.
- В Эльвиуме у обоих полов равные права, - кивнул Каор. – Но женщины Драген – особый случай. Они хранительницы Завесы и Кольца Времени, которое отделяет Элизию от остального мира. Каждый представитель королевского рода наделен огромным волшебным потенциалом, но женщины, в отличие от мужчин, обладают какой-то особенной властью над эльфийской кровью. Поэтому Сердцем всегда правит Владычица.
- И все же я знаю о Владыке, о мужчине, - не удержался от замечания Кейлон.
- В определенных случаях мужчины тоже могут править, по крайней мере, пока не родится новая Владычица и не будет готова принять свою власть над Эльвиумом. Я знаю лишь один случай в истории рода Драген, когда на трон взошел мужчина-шелиэ, и то лишь потому, что его старшая сестра-наследница трагически погибла, отдавая жизнь для создания Кольца Времени.