- Какой? – уточнил Пахом.
- Какой-нибудь фестиваль.
- Ну... Организуем. Что уж тут. Вон, в столице... - Саволенко выдохнул с облегчением. Рано он это. Ой, рано. – Уже вовсю организуют… в поддержку властей. Этот… сельского хозяйства или чего у них там.
- Не в столице, - Поржавский решил задавить ростки нездорового оптимизма на корню. - В Конюхах. По инициативе снизу. И желательно в кратчайшие сроки.
- Фестиваль нужен в кратчайшие сроки или инициатива? - благоразумно уточнил Пахом.
- И то, и другое. Про инициативу снизу я уже распорядился. Будет. С фестивалем сложнее. И потому счёл возможным пригласить молодых, но очень… как это… креативных…
- О нет…
- Специалистов, с которыми некоторые из вас уже знакомы, - завершил фразу Поржавский.
И снова посмотрел.
Нынешнее собрание проходило в расширенном составе, а потому опасения приглашенные специалисты вызывали лишь у Саволенко. Да Пахом тихонечко произнёс:
- Мне до сих пор в кошмарах сняться яйца Чингисхана… суслячьи… особо эксклюзивной серии.
- Могу посоветовать хорошего психиатра, - встрепенулся министр образования. – И специалист отличный, и таблетки у него замечательные. Пьёшь и прям чувствуешь, как душа в гармонию приходит. И такое спокойствие…
Он лучезарно улыбнулся.
- …что даже перспектива новой реформы не трогает.
И вправду, видать, хороший специалист. Надо будет контактами разжиться.
- В общем… за последние пару часов группа рассмотрела возможные варианты и набросала примерный сценарий. А потому… прошу… русский… так сказать, креатив.
- Это вроде бунта? – уточнил министр сельского хозяйства.
- Хуже… - министр культуры заблаговременно прикрыл глаза ладонью. – Много хуже…
На сей раз мальчики были в одинаковых голубых пиджачках с очень узкими рукавами и белыми кружевными манжетами, из узких рукавов торчащими. А Василиса даже платье надела. Розовое. И тоже с кружевом. Правда, платье несколько дисгармонировало с лысой головой и конскою подковой, которую девица надела, то ли очень модным украшением, то ли сглаза опасалась.
Это она правильно.
Это разумно.
- Доброго дня, - сегодня Иннокентий выглядел ещё более бледным и не выспавшимся, чем в прошлый раз. Тонкая его шейка торчала по-над пышным кружевом воротника. Светлые волосы он разобрал на пробор, который зачем-то подрисовал фломастером.
Тоже от сглаза.
Не иначе.
- Рад… оказаться в столь высоком обществе.
И нервничал он куда больше. На министров поглядывал с откровенной опаской.
- Времени у нас мало, а потому перейду сразу к делу…
Все закивали, соглашаясь, что так оно лучше всего будет.
- Конюхи – это небольшой райцентр, который в прежние времена был широко известен так называемыми Конюховскими ярмарками. Проводились они на излёте лета, торговали там в основном местной продукцией, но в хронологию нам с вами попадать не обязательно. Как и в продукцию. Главное, сама идея!
И на экране возникла румяная могучего вида девица, во взгляде которой читалась мрачная готовность к подвигу. Лицо девицы было бело. На щеках горели два круглых пятна румянца.
- Возрождение! Восхождение к корням!
- А к корням восходят? – робко поинтересовался министр просвещения.
- Эти – восходят, - заверил его Пахом. – Они так возойдут, что всем мало не покажется.
- Василиса…
Василиса поднялась, вышла из-за стола и поклонилась до земли, явив при том не косу, но татушку на бритом затылке, что несколько испортило общее впечатление.
- Мы используем актуальную тенденцию с ростом интереса общества к историческим корням и всему, что связано с народом…
Камера от девицы отодвинулась, дав общий план, позволяя оценить и стати, и то, что в одной руке девица сжимает нечто длинное и желтое, а во второй – пачку соли.
- По старинной традиции хлебом и солью встретят Конюховцы гостей…
- А почему багет? – шёпотом поинтересовался министр сельского хозяйства.
- Понятия не имею. Может, это старинный русский багет, - предположил министр образования, сцепляя пальцы на груди. – В конце концов, мы так мало знаем о прошлом…
- …и вовлекут их…
- В состав преступной группы. Извините. Профдеформация, - повинился министр внутренних дел.
- В хоровод! В хоровод, как главный символ Конюховской ярмарки, что привольно раскинется на окрестных полях и лугах.
Она и руки развела.
А на слайде за спиной девицы появились те самые Конюховские луга, которые ещё не догадывались, что им предстоит. На лугах девицы, похожие друг на друга, что клоны, водили хоровод. В центре его в живописных позах застыли парни в красных то ли пиджаках, то ли всё-таки камзолах. Поржавский боролся с желанием протереть глаза и разглядеть получше.