Фолко стоял ни жив ни мертв, когда в его дрожащие руки легло удивительное оружие. Колчан, полный длинных. стрел, с налучьем, с узорным ремнем через плечо. На передней части колчана были золотом вытиснены те же три руны "ЭЛД". Фолко закинул лук на правое плечо.
-- Погоди, это еще не все! -- спохватился Рогволд, вместе с Торином залюбовавшийся покупкой.-- Пелагаст, у тебя ведь должны быть обычные стрелы, а также метательные ножи?
-- А как же.-- Хозяин даже не поднял глаз от страниц невесть откуда взявшейся старинной книги.-- Вон там, с левого края.
Без долгих споров они купили восемь одинаковых коротких ножей с легкой, почти невесомой кожаной ручкой и тяжелым сплющенным концом. Гном с важным видом осмотрел их ковку и признал ее неплохой.
-- Для начала сойдет. А в Аннуминас придем -- я тебе настоящие выкую.
В заплечный мешок хоббита перекочевал также солидный пук длинных тисовых стрел доброй арнорской работы.
-- Теперь мы готовы,-- подытожил Рогволд.-- Дорога до Аннуминаса отнимет у нас пять полных дней. Но у меня есть еще одно предложение. А не заглянуть ли нам, друзья, в эти пресловутые Могильники?
Это сказано было спокойно, даже весело, словно речь шла о том, чтобы сходить выпить по кружке пива. Гном фыркнул, Фолко едва не подавился, но Рогволд спокойно продолжал:
-- Дружина ушла на юго-восток или на восток. Что с ними, мы не знаем. Судя по спокойствию в округе, в Могильниках вряд ли можно ожидать засады -ее незачем там оставлять, туда никто не ходит. Только охотники, вроде меня, а другим там просто нечего делать. Я предлагаю посмотреть, не осталось ли там каких-нибудь следов от ночных странников.
Они по-прежнему стояли на пороге оружейной лавки; был ясный, теплый сентябрьский денек, на голубом небе неспешно проплывали кудлатые облака, ветерок шевелил ветви тополей вдоль главной улицы Пригорья, где-то раздавалось мычание коровы, лай собак, квохтанье кур, скрип телег. Поселок жил своей обычной жизнью, и жуткое несоответствие между тем кошмарным местом, куда звал их Рогволд, и мирным покоем Пригорья заставило хоббита слабо запротестовать:
-- Зачем нам туда, Р-рогволд? Чего мы там не видали? Ты же сам говорил -- они оттуда ушли. Что нам их копыта? Пошли бы мы лучше в Аннуминас, по Тракту, дорога хорошая, торная, постоялых дворов опять-таки много...
-- Погоди, друг хоббит! -- остановил его помрачневший гном.-- Почтенный Рогволд прав. Смотаться туда надо, хотя ох, как не хочется!
Они не заметили, как из лавки на крыльцо вышел Пелагаст, не заметили какой-то очень грустной, но благожелательной улыбки на его лице; они повернулись лишь на его слова:
-- Приближается, да-да, приближается. Обычные луки и обычные сердца тут не помогут, нужно что-то иное.
-- О чем это ты, почтенный Пелагаст? -- с удивлением обратился к нему ничего не понимающий Рогволд.
-- Думаю вот, все думаю, старость пришла, уж и в землю пора, да что-то не хочется, вот я и говорю иной раз сам с собой. От старости это, от глупости все,-- не очень убедительно зачастил Пелагаст, но единственный его глаз говорил другое; "Я сказал, вы услышали. Откуда я это знаю -- не ваше дело, но если поняли меня -- действуйте!"
-- Но как? -- вдруг прошептал хоббит, поддаваясь какому-то неясному наитию.-- Подскажи!
Обратив на хоббита свой неожиданно очистившийся взор, причем глаз его вдруг обрел цвет -- стал светло-серым, Пелагаст тихо сказал, почти не шевеля губами:
-- Слушай Запад, бойся Севера, не верь Востоку и не жди Юга!
Он повернулся, чтобы скрыться в лавке, но, обернувшись, бросил на хоббита прощальный взгляд -- и уже не губы его, а что-то иное вдруг произнесло слившиеся со взглядом словами Фолко все понял: "Мы еще встретимся, встретимся, и я подскажу тебе, но пока ты должен идти сам, от того, что ты узнаешь, будет зависеть и мой совет". Голос Пелагаста вновь обрел форму звука:
-- И помни о Небесном Огне!
Рогволд и Торин стояли с бесконечным изумлением на лицах -- они ничего не поняли и в конце концов приписали все странностям хозяина и впечатлительности хоббита. Фолко покраснел, но счел за благо помалкивать...
Они ехали по ведущему к Хоббитании Западному Тракту. Фолко был молчалив, постоянно размышляя над словами загадочного пророчества. Кто такой Пелагаст? Что значит:
"Слушай Запад, бойся Севера, не верь Востоку и не жди Юга?" На поясе висел меч Мериадока, за правым плечом -- эльфийский лук, и только стрелы в колчане были большей частью обыкновенные, тисовые. Мысли хоббита не могли отойти далеко от услышанного на пороге оружейной лавки. 'Помни о Небесном Огне". В Красной Книге о подобном ничего не говорилось.
Солнце стояло в зените, когда они, оставив позади долину и мостик, выехали вновь к тому месту, где прошлой ночью хоббит и гном повстречали загадочное черное воинство. Рогволд спешился и стал внимательно рассматривать землю вдоль обочины. Фолко подъехал ближе.
Следы копыт, колес и ног еще не стерлись, хотя и сделались почти незаметными. Следы пересекали пыльную обочину и скрывались среди высокой травы, уходя прямо к Могильникам. Фолко поежился и невольно схватился за меч.
-- Эй, друзья, давайте за мною,-- махнул им рукой Рогволд.-- След очень четкий: при всем желании не собьемся.
Фолко робел, он поднял глаза на гнома, ища у него поддержки, однако Торин, казалось, не мог оторвать глаз от Обманных Камней, стоявших на ближних курганах, и не заметил испуганного взгляда хоббита. Правая рука гнома, как обычно, лежала на топорище; левой он прикрывал глаза от лучей еще по-летнему яркого солнца. Фолко со вздохом тронул поводья, и его пони, неспокойно потряхивая головой и всхрапывая, сошел с наезженной дороги и затрусил по густой траве вслед за идущей неторопливым шагом гнедой кобылой Рогволда.
Вокруг царило полнейшее спокойствие. Среди травы еще гудели неутомимые пчелы пригорянских пасек, спешащие взять последние капли нектара. Высоко в небе парил, описывая круги, ширококрылый коршун; перед носом у хоббита вспорхнули несколько желтых бабочек. В нескольких сотнях шагов от него вздымался первый курган -- оплывший, но все еще высокий, поросший особенно густой, особенно сочной и зеленой травой; на его вершине из буйно разросшейся зелени высовывался обнаженный белоснежный камень, вблизи напоминавший острый клык какого-то неведомого хищника -- Обманный Камень. Фолко с опаской покосился на него, но в его облике, как и во всем кургане, не было заметно ничего подозрительного -- холм как холм. На ровных заросших склонах нельзя было обнаружить ничего, хотя бы отдаленно напоминавшего вход или его развалины, хотя хоббиту доводилось читать, что каждый Могильник имел в себе обширные подземелья, целые лабиринты, полные несметных сокровищ. Фолко обнажил меч и поудобнее перевесил колчан. Гном с усмешкой покосился на его воинственные приготовления и посоветовал: