Она на миг застыла у дверей, пытаясь выбрать, к кому из военных подойти. Ей явно была нужна помощь, хрупкой и слабой девушке, от солдат. Но пьяные, разгоряченные военные ее не устраивали в силу их грубости и даже хамоватости, и она быстро перебирала присутствующих здесь людей, пытаясь найти подходящего ей человека.
Их глаза встретились. Таренд вздрогнул, девушка слегка покраснела и опустила голову. Но уже через мгновение она решительно направилась к нему.
Прежний опыт нищенского лицедейства помог ему найти нужный тон. Он встал, любезно поздоровался и предложил пообедать с ним.
Девушка оценила его галантность и манеры, но от обеда, поколебавшись, отказалась.
- Офицер, - попросила она умоляюще, - мы с мамой торопимся вернутся домой, но здесь какие-то темные лица кружат вокруг нас и невнятно угрожают. Я предлагала им денег, но старший из них, угрюмый бородач, только заскрежетал зубами. Наверное, они хотят все. Помогите нам уехать отсюда. С нами только старик из прислуги. Он еще крепкий, но бороться с разбойниками явно не сможет.
Таренд, конечно, не был офицером. Но, как боец, он был одет гораздо лучше обычных солдат, а его манеры, при определенной фантазии не очень опытным в ратном деле людям могли навести на то что перед ними дворянин, по какой-то причине одевший мундир солдата.
Гипноз слов и желание понравиться девушке заставили его решиться на необдуманный поступок – отправиться с ней с девушкой, не сообщив десятнику. Конечно, у него были доводы: боец мог проявлять определенную самостоятельность, на то он был бойцом, командиры сегодня неоднократно требовали от своих солдат разумной активности в поиске разбойников – а то, что здесь замешаны разбойники, было несомненно. Однако, положа руку на сердце, Таренд мог бы признать, что не эти доводы двигали им, а хорошенькая спутница.
В любом случае, едва он заметил быстрые размытые силуэты, что-то затевающие около кареты дилижанса. Таренд понял, что люди, которые они искали весь день в лесу, найдены на самом людном месте – на площади перед деревенском трактиром.
Он рывком открыл дверь трактира и заорал:
- Солдаты, здесь разбойники! Атака!
Он не подумал, что вначале надо было доложиться десятнику, возможно пившим пиво в этом зале, или, еще лучше, сотнику, отдыхавшем в этом же трактире в отдельной комнате и, наверняка, попивавшим винцо.
Десятки бросились в бой без командиров, по одному возгласу новоявленного бойца Таренда.
Глава 10
Подталкиваемый солдатами, Таренд вновь оказался около кареты. Кроме беспокойно суетившихся пассажиров, очевидны были чужеземцы – люди с плохо спрятанным оружием, которые явно оттесняли знакомую девушку и двух ее спутников – пожилую женщину и старика. Между ними уже шла откровенная ругань, и некоторые мужчины мельком показывали свои клинки – ножи необычайных размеров или небольшие мечи – смотря, как их классифицировать. Двум женщинам и невооруженному пожилому мужчине с ними было не справиться.
Появление солдат радикально изменило ситуацию. Последние, правда, стихийно, под влиянием алкогольных паров, выйдя на площадь, сразу стали роптать, мол, с какой стати они должны подчиняться без пяти минут бойцу, да и еще молокососу?
Но чужеземцы, нацеленные на драку, да еще и вооруженные, заставили их замолчать. Ветераны и вновь назначенные бойцы, не видя подзадержавшихся десятников, принялись оглядываться на Таренда. Остальные, повинуясь стадному принципу, замолчали, готовые подчиняться новому вожаку.
Не имея большого опыта, Таренд приказал наиболее простой маневр – окружение. Чужеземцы занервничали. Больше двух десятков солдат с обнаженными мечами напугают любого. Ведь никто не знает, что большинство из них держит в руках оружие третий день и ни разу не были в настоящем бою.
Чернобородый, бросивший оттягивать в сторону бабушку, выругался, выхватил меч и бросился на Адлига - самого здоровенного бойца, фактически уже забравшего командование. Он рассуждал правильно – убей он бойца и остальных можно просто распугать.
Схватка между ними была короткой. Адлиг, самонадеянно понадеявшись на свою силу и не имеющий особого умения и опыта, получил мечом в грудь и рухнул на землю распоротым телом.