Демоны, отравляющие душу Мордока и заставляющие его подчиняться Леннор, наконец-то пришли в движение и в следующий момент мужчина, сам не понимая, что делает, впился в губы госпожи Леннор, словно от этого зависела его жизнь.
Женщина с трудом удержала смешок, но покорно обвила руками шею короля Западных земель, лишь усиливая свое магическое давление на его разум.
— Мы уже почти у цели, мой король. Нам очень повезло, что шпион Святого Престола принес нам кровь колдунов под видом крови Владыки из долины. Мы смогли призвать Темную Тройку в свидетели и сейчас нам нужно лишь закончить заклинание. Вы это знаете.
— Великая битва… — протянул одурманенный Мордок.
— Великая битва под стенами Каламета, — согласилась Леннор. — Фангорос и Нильф получили свое, но Харл все еще ждет своего подношения, так что нам следует поторопиться…
Женщина играючи коснулась кончиками пальцев губ Расмуса Мордока, словно дразня его.
— И тогда вы станете тем, кем всегда и мечтали. Самым могущественным правителем в истории, — продолжила женщина, но Мордок ее уже не слышал.
Разум короля-самозванца затуманился и единственное, что он видел — рваные образы, которые подсовывали его сознанию демоны Леннор. Образы, в которых он занимал рукотворный престол, полученный им не по праву рождения, но по праву безудержной силы.
Кавалерийские броски через границу уже стали неприятной традицией, но игнорировать вести, которые принес Армель Триерс, я просто не мог. В произвол Святого Воинства следовало вмешаться и по всей строгости покарать зарвавшихся святош, которые возомнили, что могут игнорировать мои условия и достигнутые со мной договоренности.
Гнев мой был столь велик, что я даже растолкал мирно спящую Лиан. Моя подопечная должна принять участие в грядущей расправе, ведь это будет скорее уроком не для святош — эти фанатики ничему так за тысячу лет и не научились — а в первую очередь для молодой эльфийки. Как следует поступать с теми, кто не держит своего слова и пытается провернуть что-то за твоей спиной.
Если бы не донесение Армеля, мы бы узнали о казнях только через несколько дней, когда все уже закончилось бы. Сейчас же у меня была возможность не только вполне обоснованно ударить прямо по зубам клацающей пасти Святого Воинства, но и укрепить позиции Н’аэлора в пограничье. Люди, живущие по этот берег реки, должны помнить, что длань Нильф распространяется и на этот берег, хоть и благая тень, отбрасываемая ею, не так плотна, как над землями темных эльфов.
Мое хмурое воинственное настроение передалось всем членам нашего отряда. Четыре десятка закованных в эльфийскую броню бойцов достаточная сила, чтобы сдержать любой натиск, пока я готовлю свое колдовство. А большего мне и не требовалось — поднимать всю границу я не собирался, ведь моих сил должно хватить на такую мелочь, как один паладин и его подчиненные.
По словам Армеля, паладин Леннарт убыл дальше, на запад, а в Кинашалоне осталась Пресветлая Дева Лавертен. Именно она и была ответственна за происходящее в городе и окрестностях, именно она отдала непосредственный приказ собирать хворост для костров и проводить орденское дознание к местным жителям.
Святоши всегда остаются святошами — за ними тянется шлейф из пыток и боли, которые они по какому-то недоразумению называют «несением света» и «борьбой с ересью».
В чем заключается ересь людей, что даже не являлись подданными Трех Орденов и жили на свободных Западных землях мне и хотелось спросить у этой наглой девчонки.
Когда наш отряд прибыл к Кинашалону, за городскими стенами уже виднелись клубы дыма, поднимающиеся от многочисленных костров. Солдаты Святого Воинства, которые стояли в воротах города на страже, попытались остановить нас, но мне хватило лишь короткого кивка для того, чтобы Ирнар выехал вперед и вместе с еще тремя всадниками просто смял хлипкую преграду. Следом в город въехал и весь остальной отряд, во главе со мной и Лиан.
Чуть осадив коня уже в пределах городских стен, я вскинул ладони и, сомкнув меж собой печати Владыки Демонов, разорвал небеса над Кинашалоном. В те немногие места, где уже успели заняться «очищающие» кострища, хлынул поток дымных демонов, словно тонкие черные смерчи, орды подконтрольных мне тварей ринулись тушить святой огонь и спасать жизни несчастных горожан.
Убедившись, что город стал погружаться в исцеляющий его раны мрак, я направил коня вслед за авангардом, который сейчас возглавлял лейтенант. Ирнар еще на подступах к городу вытащил свой меч из ножен и был готов зарубить любого, кто посмеет встать на пути темных эльфов и попытаться замедлить наше продвижение.