Женщина с мягкой улыбкой помогла Мордоку затянуть оставшиеся ремешки и лично водрузила на голову своей марионетки вычурный шлем с красным плюмажем. Бывший командующий Каламета наблюдал за ее действиями пустым взглядом, в котором изредка и пробивалась искра мысли, но так же, как и реальная искра — она так же быстро и тухла. От разума Мордока мало что осталось, ушла даже животная похоть, которая до недавнего времени обуревала воспаленный разум мужчины. Осталась лишь пустота и слепое подчинение, стремление исполнить свое предназначение. Будто бы где-то остатками своего разума Мордок понимал, что освободиться от оков контроля Леннор он сможет, лишь исполнив свою роль. Пусть освобождением для него станет и вечное забвения и проклятья грядущих поколений, которые будут поносить Мордока до скончания времен, пока будет жива людская память. Ведь если бы не он и его слабость, если бы его воля была чуть тверже, а малодушное стремление к власти — чуть слабее, Леннор бы никогда не смогла сломить его с такой легкостью, заполучив в свои руки величайшую крепость континента со всем ее войском.
— Время пришло, — с улыбкой, почти ласково произнесла Леннор, в последний раз проводя пальцами по впалой щеке Мордока.
Он не ответил. Безжизненно моргнул, после чего, ударив кулаком по нагруднику, быстро кивнул головой и, придерживая перевязь с мечом, решительно двинулся прочь.
Да, определенно, небольшая часть сознания Мордока уцелела, и сейчас он стремился вперед, на собственную смерть.
Глава 23
Воинство Света
Когда срок действия моего заклинания закончился, и время внутри стен Шивалора опять вернулось в общий поток мироздания, мы уже были готовы выезжать.
Местные с нами почти не контактировали, да и я сам не стремился решать проблемы горожан. Когда мы покинем бывший эльфийский форпост, они будут предоставлены сами себе, ведь на весь город почти не осталось бойцов или тех, кто умел бы обращаться с оружием. Это сулило неприятности для города — Западные земли были не самым спокойным местом и даже небольшая шайка бандитов сможет доставить немало проблем — так что моим последним наказом одному из уважаемых мастеров было связаться с пограничной стражей Н’аэлора. Если на западных рубежах несет службу эльф хоть вполовину столь же разумный, каким были Эрегор или Ирнар, через две-три недели в Шивалоре снова расквартируются темные эльфы, восстановив тем самым заведенный ранее порядок.
С каждой лигой мы продвигались все осторожнее и осторожнее. Чтобы колдуны, подчиняющиеся Леннор, да и сама Владыка Фангороса не учуяли меня раньше времени, от использования демонов-разведчиков пришлось отказаться. Вместо этого мы отправляли вперед по паре бойцов, которые сменяли друг друга раз в восемь часов.
В навыках эльфов я был уверен — ведь ими командовал Эрегор. Но вот все остальное казалось мне крайне зыбким и неясным.
Что нас ожидает под Каламетом? Как мне разрушить столь сложное и массивное заклинание? По уму, мне бы стоило погрузиться в книги и расчеты, провести несколько экспериментов, подсобрать сил. Но сейчас всё, что у меня было — мое мастерство и сила крови тысячелетнего Владыки Демонов. А еще — меч Элантриэль за моими плечами.
Как только это оружие появилось в нашем отряде вместе с Эрегором, Лиан опять потеряла сон. Девушка дремала урывками по полчаса, а иногда и меньше — после чего вскакивала в холодном поту с бешено колотящимся сердцем. Утаивать свое состояние от всего отряда она не смогла, так что у нас с ней состоялся серьезный разговор.
— Все точно так же, как по ту сторону границы? — спросил я у притихшей и осунувшейся эльфийки.
Лиан, вопреки моим ожиданиям, ничего не ответила. Не было едкой колкости или грубой насмешки, не было привычных оскорблений и упоминаний моей древности. Сейчас она была лишь тенью самой себя, замученная депривацией сна и не способная собрать свои мысли воедино, эльфийка только устало кивнула головой, едва не роняя подбородок на грудь.
— Не смей меня отсылать, — наконец-то пробубнела девушка. — Я смогу сражаться, если придется.
— Даже не думал, — ответил я, поднимаясь на ноги и окидывая взглядом наш лагерь. — И не смог бы, даже если бы и захотел.