— Ведьма умрет от моего клинка, — прошипел Саркол на ухо Сайлару. — Понял, крысеныш из Хага? Она лишится жизни во имя Кхаина, а не ради твоего лорда!
Фанатичный блеск в глазах Саркола отпугивал Сайлара — он знал, что при одном неосторожно брошенном слове безумец просто убьет его среди этих скал. Аккуратно кивнув, он ответил:
— Я здесь лишь для того, чтобы ведьма умерла. Как и почему она умрет — неважно.
— Помни об этом. — Палач отступил от него и указал пальцем в латной перчатке за выступ скалы. — Она здесь. Половина моих воинов заходит с другой стороны. Отсюда нанесем удар мы. Ведьма окажется между двумя частями нашего отряда — шанса сбежать у нее не будет.
Сайлар снова кивнул, стиснув в кулаке бронзовый оберег, врученный колдуньями Ковена каждому участнику отряда. В случае если Друсала окажется не такой ослабевшей, как они предполагали, им была обеспечена некоторая защита от чар — не иммунитет, разумеется, но подспорье для сопротивления. Сарколу и Кровопийцам амулеты эти придали больше уверенности, чем Сайлару. Впрочем, возможно, убийцы считали себя защищенными самим Кхаином и думали, что не нуждаются ни в талисманах, ни в оберегах.
Сайлар следил, как Саркол наматывает на большой палец плетеную удавку — виток за витком. Это был старый трюк убийц — способ измерения времени и синхронизации атаки на цель. По крайней мере один из Кровопийц на другой стороне сейчас отсчитывает время таким же способом. Когда они будут на верных позициях, им останется только выбрать для удара согласованный момент.
Суеверный ужас сдавил когтями душу Сайлара. Лишить жизни ведьму — непростой труд. Если та опознает убийц перед смертью, ее проклятие будет следовать за ними до восьмого колена. Именно поэтому Саркол и остальные закрыли платками половины лиц — чтобы избежать смертельного проклятия. Сайлар отругал себя за то, что не проявил подобную осторожность, но во время ухода из лагеря он больше беспокоился из-за соратников по отряду, а не из-за проклятий Друсалы.
— Будь готов, Кровавый Шип — крысеныш из Хага, — прошептал Саркол. — Будь бдителен и доложи своему господину-богохульнику, как занимаются ремеслом дети Кхаина.
Сайлар скорее чувствовал, нежели видел, что Кровопийцы стекаются со скал к цели. Он поспешил за ними, твердо решив выполнить долг, возложенный на него Малусом. Когда Саркол нанесет удар, Сайлар намеревался запечатлеть в памяти каждый взмах клинка палача.
Друсала сидела внизу, под выступом, поджав под себя ноги. Вокруг нее завивалось нечто выглядевшее как колонна танцующих светлячков, но сияющие крупицы не были насекомыми. Это оказалась сошедшая с гор эфирная пыльца, за счет которой ведьма пополняла запас сил. Кожа Друсалы отливала фиолетовым, в ее стиснутых зубах и закатившихся глазах потрескивала энергия.
Рядом с ней застыл Абсалот — такой же мрачный и зловещий, как всегда. Когда за его спиной вырос Саркол, немой боец выхватил меч и повернулся, чтобы отразить атаку. Телохранитель, казалось, не обращал внимания на темные фигуры, выбегавшие из мрака позади него. Как и было условлено, остальные палачи нанесли удар в тот же момент, когда Саркол дал бой Абсалоту.
Вот только это оказались не соратники Саркола. Сайлар предостерегающе зашипел, поняв, что фигур подозрительно много. Однако уже в тот момент, когда Кровавый Шип осознал опасность, арбалеты послали стрелы в пятерку палачей — половину отряда Саркола, и те рухнули под шквальным огнем. Те, что уцелели, бросились вперед, решив нанести удар по цели хотя бы за мгновения до смерти.
Но враг оказался быстрее Кровопийц, перехватив их прежде, чем те приблизились к Друсале. Отряду Саркола помешали жилистые худые эльфы в темных накидках и с бледной кожей — в тех местах, где ее не покрывали родовые знаки и татуировки. Отари! Дикие представители племен пустошей Наггарота, потомки тех отступников, что были изгнаны из городов и обречены заботиться о себе в беспощадных дебрях. Сайлар сразу же понял природу теней, и в его голове возникло ужасное подозрение. Та же спираль магии, которая позволила им найти Друсалу, также направила к ней отари.
Ведьма предвидела предательство и ответила на него собственной ловушкой.
Вооруженные кривыми саблями и грубыми ножами отари обрушились на палачей. Трое из темных фигур пали почти сразу от разъяренной стали массивных драйхов Хар Ганета, однако в ответ дикари в накидках уничтожили всех врагов. Через считаные секунды остались только Сайлар и Саркол.