Тело существа скрывали пластины из меди и бронзы, от дикарских рун Хаоса на них глазам становилось больно. В окровавленную кольчугу были вплетены черепа, все еще хранившие души владельцев. Черепа вопили, скрежетали зубами в агонии вечных мук и повторяли приказы, что отдавал их убийца. Откликаясь на эти повеления, демоны с лаем и рычанием выбирались из своих жаждущих крови отрядов и распределялись вдоль всего эльфийского строя.
Малекит знал этого зверя, одного из Властных Убийц Кхорна, Разрушителей Миров, Убийц Надежды и Повелителей Битвы.
Кровожада.
ГЛАВА ЧЕТВЕРТАЯ
Видения в крови
Ярость кровожада вспыхнула, словно ореол, и раскаленным ветром обрушилась на друкаев. Адский гнев просочился в их мысли. Неистощимая ненависть всколыхнула кровь. У эльфов не было защиты от этого демонического воздействия. Ропот превратился в боевые кличи, а волнение переросло в неистовство, когда вассалы Малекита внезапно начали искать выход для своей нездоровой ярости.
Коуран отреагировал быстро и во главе Черной Стражи повел войско на неприятеля, давая эльфам врага, которым те могли утолить свою жажду крови. Не было никаких уловок, никаких маневров ради того, чтобы занять лучшую для боя позицию, — такие тонкости сгорели в безумном желании проливать кровь. Волна друкаев двинулась вниз по хребту и схлестнулась с устремившимися к ней колесницами и кавалерией. Даже Темные Осколки и Тени отбросили свои арбалеты и кинулись на врага с ножами и короткими мечами.
Столкновение было ужасным — тела размалывало под колесами, взмахи бронзовых мечей и топоров сносили воинам головы. Напоенные демонической яростью эльфы бесстрашно выдержали натиск врага и стремительно окружали его, пронзая клинками и копьями.
Не обращая внимания на опасность, воины Малекита продолжали наступление, пробиваясь сквозь жалкие остатки своих первых жертв. Эльфы — и буквально, и метафорически — бросались в пасть врагу, рвались к кровожаду, точно мотыльки к пламени. И гибли, как мотыльки.
Обезумев от кровавой ярости Кхорна, обе стороны бездумно крушили друг друга. Те эльфы, что не могли достать врага ни оружием, ни руками, кидались на товарищей, безжалостно рубя и разрывая своих. Даже Коурана и его Черную Стражу, в которой все до единого были хладнокровными убийцами, охватил разгул жестокости. Словно темное копье, вонзились они в самое сердце армии демонов. Кхаиниты вышли за пределы даже собственного воинственного усердия и резали самих себя, прославляя свои раны так же, как и раны неприятеля. Их пронзительные вопли перекрывал визг гарпий, которые пикировали на пострадавших обеих армий, утоляя ими и голод, и жажду крови.
Мантикоры кометами ярости обрушивались на полки демонов, их клыки и когти пронзали врагов, точно дюжины мечей. Гидры и боевые псы под лай и визг гончих плоти срывали с костей куски окровавленного мяса, а их самих так же потрошили и обезглавливали.
Кровожад рубил и друзей, и врагов. При каждом взмахе его огромных, покрытых рунами топоров, зажатых в обеих руках, в воздух взлетали конечности и головы. Словно моряк, бредущий по воде к берегу, громадный демон стоял по колено в телах своих жертв и продвигался вперед без жалости и роздыха, точно залитый кровью взрыв чистой ярости.
Малекит наблюдал за всем этим отстраненно. Серафон тоже коснулась жажда убийства, но окрик Короля-Колдуна заставил ее протесты утихнуть. Малекит чувствовал, как вокруг него пульсировал гнев, приносивший видения бойни и победы.
Король-Колдун рассмеялся.
Кровожадность Кхорна была ничто по сравнению с ненавистью и гневом, что шесть тысяч лет пылали в сердце Малекита. Обещанные Кровавым Богом победы и слава были бледной тенью искушений, которые давно изжили амбиции самого Малекита и его неодолимую жажду мести. Каждый день Король-Колдун боролся с желанием дать выход своему разочарованию и взыскать кровавый долг, и этот день ничем не отличался от прочих.
Насмешливо фыркнув, Малекит приказал Серафон опуститься. Для его воинов битва складывалась неудачно. Все преимущества превосходной стратегии и мастерства были смыты бездумной жаждой крови. Оставался лишь один способ уравнять шансы и избежать поражения.
Кровожад заметил Малекита и, швырнув в сторону переломанное тело мантикоры, поднял оба топора, бросая вызов Королю-Колдуну. Тот ответил зарядом чистой темной магии, которая пробежала вдоль ужасающих лезвий и заставила демона пошатнуться. С железного ошейника чудовища слетели черные искры: сила Кхорна рассеяла магическую энергию.