С самого начала Малус был обречен на неудачу и, вероятно, знал об этом. Он защищал наиболее дорогие ему отряды, берег их, точно король гномов свое золото, но вскоре первые атаки провалились, и тирану пришлось бросить в бой личную гвардию — Рыцарей Пылающей Тьмы. Сейчас, поддерживаемый Друсалой и ее колдуньями, он вел свой отряд на отчаянный штурм.
Вид Малекита, который, стоя рядом с Серафон, следил за происходящим, едва ли приободрял тирана. Королю-Колдуну достаточно было наблюдать за тем, как повелитель Хаг Граэфа расходует воинов и слабеет с каждой атакой, неспособный бросить вызов своему господину. А истинная прелесть заключалась в том, что удары Малуса служили целям Малекита, просто иначе. Они привлекали внимание врагов к Тенеземью, втягивали в бой все больше их резервов и войск со всех концов соседних королевств.
Малус не знал, что из Эллириона прибыли рыцари, которые, спешившись, ждали среди нараставших рядов защитников врат. Огнекрылые фениксы разогнали гарпий, что пировали трупами на верхних башнях, и бросились на передовые отряды Темного Клинка, грозя сорвать этот штурм, как и все предыдущие. С каждым погибшим у ворот эльфом становилось на одного меньше тех, с кем столкнется Малекит, когда наконец сделает свой ход. Или тех, кто поддержит Малуса, если тот выживет и заявит права на корону.
Несмотря на отчаянное положение, Малекит восхищался рыцарями и воинами, мчавшими на защитников крепости. Ему редко приходилось размышлять о таких непримечательных вещах, но он воспользовался моментом, чтобы признать беззаветную преданность и храбрость жертвовавших собой эльфов. Многие из них, конечно, умрут и не узнают о подобном восхищении, но тех счастливчиков, кто доживет до сумерек, Малекит вознаградит за их старания. Чем еще сильнее подорвет власть Малуса. В конце концов, он был великодушным правителем, когда это требовалось. То, к чему нельзя принудить страхом, легко купить золотом и покровительством, а друкаи, зная, что в новом мире, который они высекут на этих берегах, лишь немногие достигнут вершины, с радостью предадут друг друга за такое возвышение.
На переднем крае схватки поднялась суматоха, но Малекит не мог разглядеть, что там происходило. Он увидел, как вспыхнула демоническая энергия и как армия азуров на какое-то время пришла в смятение. Без сомнения, Малус высвободил силу, которую Малекит учуял на совете. Это ничего не значило — штурм приближался к неизбежному концу.
От оглушительного рева зазвенели горы, а следом раздались радостные возгласы с крепостных стен. Осязаемая аура отчаяния окутала втиснутое в долину войско друкаев. Она текла от копейщиков к рыцарям, от колдуний к укротителям, которые вели в бой двух чудовищных гидр Малуса. Малекит обернулся на юг, догадываясь, что вызвало подобный ужас, и его изувеченные губы растянулись в улыбке.
Драконы.
Дюжины огромных существ, на каждом из которых восседал один из гордых рыцарей Каледора. Все цвета радуги на фоне летнего неба. Сверкающее воплощение необузданной мощи. Недавние события лишь усилили удивление и восторг защитников врат, ведь Имрик Каледорский отказался содействовать Тириону в борьбе с демонами и увел войска к границам своего княжества.
Его помощь пришла нежданно, но теперь казалось, что вмешательство Имрика изменит ход битвы.
Облегчение и радость были преждевременными.
Малекит взобрался в седло Серафон и взялся за железные цепи поводьев.
— Вперед, — прошептал он. — Лети к своим кузенам.
Вслед Малекиту раздались крики одобрения: друкаи внизу решили, что он пытается в одиночку справиться с войсками Каледора. Со стороны защитников врат доносилось улюлюканье, азуры насмехались над его самонадеянностью.
Но и насмешки, и одобрения стихли, когда Малекит и Имрик, обнажив клинки, направили своих чудовищных зверей навстречу друг другу. Приблизившись к каледорскому князю, Малекит был поражен его сходством с предком, имя которого он носил. Королю-Колдуну невольно вспомнился судьбоносный день и битва, что случилась шесть тысячелетий назад на полях Маледора.
Ударом хвоста Сулех превратила лошадь Атиели в месиво из крови и сломанных костей. Княжна вылетела из седла и рухнула на землю, подвернув левую ногу. Малекит направлял магию, готовый выпустить еще один огненный залп и покончить с эллирионкой. Его отвлекло какое-то движение. На фоне облаков к нему стремительно приближалось темное пятно. Малекит поднял голову и увидел огромного красного дракона с фигурой в золотых доспехах.