Спорить с Макинтошь было абсолютно бесполезным делом, да еще и опасным для жизни. Оставалось лишь безропотно подчиниться приказу. В руках появилась тряпка. Тролль, оторвался от пола и медленно парил в воздухе, выбирая с какой книжной горы ему начать прибираться.
Ведьма вернулась к чтению, наслаждаясь тишиной.
Однако тролль очень быстро заскучал. От монотонной работы клонило ко сну. Вначале он тихо вздыхал, пытаясь обратить на себя внимание госпожи, потом что-то напевал себе под нос и придумал тему для разговора, хотя прекрасно понимал, что, скорее всего, разозлит ведьму.
— Я вот что думаю… может нам сделать для Вас, госпожа, рабочий кабинет из самой дальней пещеры, что ближе всего к вершине горы. Вы же ей не пользуетесь!
Повисла пауза. Фука внимательно поглядывал на хозяйку сверху, ожидая её решения. Макинтошь лишь нахмурилась, проявляя недовольство. Она работала над очень сложным заклятием, и ей необходимо было сосредоточиться.
— Госпожа! — громко позвал Фука. — Хозяйка-а-а! — упорствовал тролль. – Что скажите на это? Ну, по поводу кабинета?
Макинтошь оторвалась от чтения и медленно подняла взгляд, направляя его в сторону надоедливого слуги. Яркое изумрудное пламя полыхнуло и тут же потухло.
Фука испугано взвизгнул, и спрятался за книги, наивно предполагая, что успел спастись от магии Макинтошь. Как оказалось, он зря радовался. Ведьма не только лишила его голоса, и теперь он не мог издать ни единого звука, но и пасти-рта! Перепуганный тролль беспомощно выпучил глаза и жалобно уставился на хозяйку. У него от прогулки с Барсой разыгрался аппетит, и он ждал удобного случая насытить брюхо. Чем ему теперь есть?! Задницей что ли?!
— Надо было сделать это намного раньше! — насмешливо отозвалась Макинтошь. — Хорошо иногда перечитывать старые магические заклинания! Как я могла позабыть о таком эффективном методе борьбы с пустоголовыми болтунами!
Рассчитывать на то, что в Макинтошь проснется хоть толика сочувствия, было глупо, поэтому Фука, заливаясь слезами, вновь принялся за уборку, гадая, как долго придётся теперь оставаться голодным.
Неожиданно в пещере поднялся гул. Ведьма насторожилась, принюхалась. Сработала защита из голубого тумана вокруг горы. Судя по отсутствию взрыва, защиту сумели преодолеть. Макинтошь заскрежетала зубами. Не сложно было догадаться, что в гости пожаловала могущественная жрица Ордена Аримана. Лишь ей под силу было справиться с такого рода магией.
Фука задрожал от страха и поспешил укрыться за стопкой книг.
Макинтошь злобно фыркнула, ощетинилась и заскрежетала зубами, наблюдая, как стая летучих мышей наводняет пещеру.
Любопытство разбирало тролля, и вскоре он показался из своего укрытия. Тем временем летучие мыши уже перестали кружить по пещере и сбивались в кучу, образовывая огромный ком. Тролль громко икнул, наблюдая, как прямо у него на глазах он превращается в высокую худосочную женщину. Незнакомка была одета очень невзрачно: черное длинное платье поверх, которого, наброшена дорожная серая накидка из грубой толстой ткани. Он покосился на Макинтошь. Ведьма сохраняла спокойствие, хотя неестественная прямая поза, в которой она сидела в кресле, выдавала внутреннее напряжение и готовность в любую секунду вступить в магический бой. Ситуация могла обернуться настоящим смертоубийством. В воздухе пахло злобой, гневом и жаждой мести! Фука решил, что безопаснее всего стать невидимым и оставаться наверху, под потолком. Хотя, кто его знает?!
— Приветствую тебя, дорогая! – ведьма осторожно приблизилась к Макинтошь и, теперь, по всей видимости, ждала ответа, но он так и не последовал. Тогда она сбросила с голову капюшон накидки, поправила длинные черные волосы и осмотрелась по сторонам. – Хорошее жилище. Надежное и укромное. С туманом - защитником ты ловко придумала. Я едва не взорвалась, но вовремя сориентировалась. − В тишине отчетливо было слышно ее прерывистое тяжелое дыхание после долгого перелета, который ей пришлось совершить ради этой встречи. Подол платья был в толстом слое пыли и кусках грязи. Гостья выругалась себе под нос, отряхнулась, не сводя настороженного взгляда с хозяйки пещеры. — Макинтошь, не надо делать вида, что ты меня не замечаешь. Это глупо. Я желаю говорить с тобой, сестра!