Сложив руки на груди, Макинтошь стояла в сторонке и выглядела довольной.
— Ну что за ребячество, − укорила Ирида. − Я так понимаю, ты поглумилась вдоволь, выплеснула злость и теперь готова слушать? — Она выглядела совершенно спокойной, и лишь пульсирующая жилка на ее шее выдавала ярость, которую она так тщательно скрывала.
Макинтошь призадумалась. Прошлое до сих пор причиняло боль и вгоняло в уныние. Когда-то она была счастлива среди своих сестёр по ордену, пока её с позором не изгнали по приказу Ириды. И вот теперь, она явилась к ней, для душевной беседы. Может это знак? Пришло время для мести? Подобие улыбки появилось на её губах:
— Что же, давай попробуем. Говори, что надо?
— Ты помнишь Киру? Ведьму погибшую, семнадцать лет назад?
— Конечно же, я ее помню! Кира была одно из самых доброжелательных ведьм, с которыми мне доводилось пересекаться. Милая, гордая и независимая! Я прекрасно помню, как её отказ вступить в наш Орден вырисовал сеть морщин на твоем тощем злом лице!
Кривая ухмылка тронула губы Ириды. Пускай Макинтошь пытается её задеть, унизить, но последнее слово будет за ней. Кира уже поплатилась за свой отказ подчиниться ей, придет время и Макинтошь ответить за все свои выходки!
Ирида внимательно посмотрела на собеседницу, отмечая насколько сильнее, и жестче стал её взгляд с тех пор, как они виделись в последний раз.
— История с Кирой была очень показательной. Если бы не её независимость она не стала бы столь легкой добычей для людей. В мире магии независимость частенько выходит боком! Но я сейчас не об этом! Кира незадолго до казни родила дочь. Эта девочка настоящее чудо! В её жилах течет магия ведьм и эльфийская сила! Ты представляешь, на что она будет способна по достижении магического совершеннолетия?
— Все понятно, — усмехнулась Макинтошь. — Вот ради чего ты наступила на горло собственной гордости и приползла ко мне, поджав хвост! Тебе нужна сила этой девчонки, чтобы получить безграничную власть в мире магии и колдовства! Время на поиски дочери Киры у тебя осталось мало. Как только минует девятнадцатый год её жизни, произойдет полное слияние двух разных магий. Эльфийская сила навсегда останется в ней и сделает её самой могущественной среди всех нас! Ты ведь этого не переживешь, Ирида?!
— Сестра …, — с придыханием начала та, но гневный возглас Макинтошь ее остановил.
— Не смей называть меня сестрой, гадина! Ты изгнала меня из Ордена и приговорила к вековому одиночеству! Ты лишала меня самого ценного дара, который мне был послан судьбой! Ты лишила меня любви и отравила мою жизнь! Отныне для тебя я просто Макинтошь! Жестокая, беспощадная и неуправляемая! Ты ведь такой меня хотела видеть?!
— Ты имеешь полное право винить меня! Я действительно перед тобой виновата! Я была жестока и несправедлива! И теперь признаю это! Но наша жизнь такая длинная, что у меня есть возможность все исправить! Твои сестры очень скучают по тебе, Макинтошь! Пойдем со мной, и увидишь, как все изменится!
— Исправить, говоришь. Интересно было бы посмотреть, как ты вернешь мне мое погибшее дитя и мою любовь, проклятую навеки!
— Этого я, конечно, изменить не в силах, — беспомощно всплеснула руками Ирида, — зато я могу дать тебе семью. Мы вновь станем единым целым!
— Такая благодать на голову мне свалилась! Семья! — хохотнула Макинтошь. — Назови цену моего счастья, Ирида?!
— Твоя преданность! Ты должна служить мне! Но самое главное…, ты должна помочь найти дочку Киры. Вместе завладеем ее силой. Нам с сестрами без тебя не справиться.
Макинтошь хитро прищурилась:
— Великая жрица, которая управляет двенадцатью ведьмами, просит меня о помощи?
— Тринадцатью. В нашей семье пополнение, — поправила Ирида, — и нам никак не удается отыскать девчонку. Кира каким-то образом успела наложить оберегающее заклинание, которое разрушить без твоей помощи не удастся. Девчонка должна быть где-то рядом. Я чувствую.
— А, может, она мертва? — предположила Макинтошь, хотя прекрасно знала, что это не так. Она сама спрятала её от магии.