Шёпот доносился из-за буйной поросли кустарника, ветки которого время от времени подрагивали, хотя ночка выдалась абсолютно безветренная.
— Без слюнявых разберусь! — огрызнулся писклявый голосок, — до тошноты надоели твои придирки. Ты, Глыбопупс, лучше за собой присматривай!
— Я старше тебя, брат, и вся ответственность на мне! Пошли! Мы достаточно уже отдохнули!
Кусты раздвинулись. Две пары горящих глаз внимательно всматривались в даль, словно темнота им была не помеха.
— Никого, — прошептало существо с жёлтыми глазами.
— Чисто, — поддакнул тоненький голосок и подмигнул своим круглым глазом, горящем в темноте красным светом.
Два карликовых существа выбрались из поросли и осмотрелись. Это были лесные тролли, два брата, Глыбопупс и Тонкосвист, вполне безобидные ребята, если не учитывать их тягу к шалостям и мелким пакостям.
Тролль по имени Глыбопупс отличался мощным телосложением и сказочной силой. Тонкосвист же казался совсем крошечным посравнению со своим крупным братом - троллем. Он был ниже ростом и выглядел нездоровым из-за чрезмерной худобы. Короткие ножки Тонкосвиста не были приспособлены к пешим передвижениям из-за невероятно длинных ступней, превращавших каждый его шаг в настоящую пытку. При обычных обстоятельствах ему это и не требовалось, потому что тролли перемещались со скоростью мысли по воздуху, оставаясь полностью невидимыми для всех остальных магических существ и людей, но только не в этот раз. Глыбопупс, опасаясь, что их магию могут вычислить ведьмы, запретил её пользоваться.
— Эх, барашка бы сейчас! Жрать охота! Две луны, как в пути и не крохи на зубах, — пенял на нелёгкую жизнь Тонкосвист. Урчание в желудке и сбитые стопы делали его жизнь невыносимой. В такие времена он отчаянно ненавидел старшего брата и при любом удобном случае закатывал истерику или устраивал скандал.
— Послушай, — Глыбопупс приостановился и смерил Тонкосвиста возмущённым взглядом, — бесстыжая твоя рожа! Прошлой ночью разве я не раздобыл для нас три каравая свежеиспеченного хлеба, за что меня едва не проткнул граблями бородатый бугай?! – При воспоминании о грозном крестьянине у Глыбопуса свело челюсть. Он страшно не любил людей и всегда был крайне осторожен, совершая набеги на их кладовые в домах. То, что его, опытного воришку едва не убили на месте кражи, объяснял жуткий голод, из-за которого он совершенно утратил бдительность и осторожность.
— Это не еда! — категорично заявил Тонкосвист, нервно мигая своими красными глазищами. — Мне нужно мясо!
Повисла пауза.
Тяжело вздохнув, Глыбопупс двинулся вперёд, мрачно процедив себе под нос:
— Нытик. Надо было с собой взять Буроморду. Девчонка, а толку с неё побольше будет, чем от такого брата.
Тонкосвист промолчал, не услышав обидных слов.
Некоторое время они двигались молча. Тонкосвист плёлся позади, то и дело, спотыкаясь, жалобно поскуливая при этом. Ему было неуютно и страшно в этом чужом лесу. Наконец силы крохи-тролля совершенно иссякли:
— Я больше не могу! — жалобно заканючил он, плюхаясь на старый трухлявый пень, так вовремя оказавшийся рядом с ним. — Мои стопы сбиты в кровь, а тебе все мало! Изверг! — верещал он, пуская из глаз крупные слезы. — Я тролль! Я должен перемещаться в пространстве! Достаточно с меня твоего дурацкого пешего похода! Я буду летать!
Возразить Глыбопупс не успел, так как брат тут же растворился в воздухе. Старший тролль прищурился, заметив, как ветки на ближайшей сосне сильно качаются, словно с ними играет ветер.
— Прекрати безобразничать! — потребовал Глыбопупс, упирая руки в бока. – Сейчас же материализуйся обратно на землю!− Капризы Тонкосвиста его утомили. Он все время находил повод, чтобы поплакаться, жалуясь на неудобства. То ему холодно, то жарко, то голодно, то одолела жажда…или тоска. Почему он должен быть ему нянькой?! Конечно, он самый старший в семье, но если хорошенько поразмыслить, то его двести пятьдесят лет, это такая малость по сравнению со средней продолжительностью жизни лесного тролля, которые живут более двухсот тысяч лет! Да и разница в возрасте у них с Тонкосвистом не такая уж и большая! Каких-то восемь лет! Вот Буроморда, их дорогая сестрица, другое дело. Столетняя малышка, которую нужно поучать и оберегать от всех невзгод. Глыбопупс так накрутил себя, что сильно разозлился. Тем более Тонкосвист продолжал носиться по лесу, обдавая его холодным воздухом. Взбешённый тролль-силач топнул ногой. Громкий рокот разошёлся по лесу. Земля испуганно задрожала, словно с гор сошла каменная лавина. Звери попрятались в норы, а птицы разлетелись кто куда, покидая «горячую» точку.