Легенду о подземном царстве гномов он слышал еще от своего дядьки Шаровомолнина. Он утверждал, что гномы создали сеть подземных тоннелей под Мертвым городом. Почему гномы в спешке покинули свое жилище, никто не знал. Глыбопупс же был уверен в одном — в тоннелях должно быть золото. И они его обязательно найдут.
Наступило утро. Тролли были измучены и голодны. На узкой тропке Тонкосвист неожиданно замер. В зарослях с правой стороны отчётливо виднелись очертания странного сооружения.
— Смотри! Что это? — удивленно воскликнул Тонкосвист, указывая в нужном направлении.
— Подойдем поближе, — предложил Глыбопупс, и первый свернул с тропы, погружаясь по пояс в высокую траву.
— Ой! — в отчаяние завопил Тонкосвист, не успев сделать и пару шагов. — Черт бы побрал этот чертополох и тебя, вместе с ним, братец! Живого места на мне уже нет!!!
Пока Тонкосвист был занят тем, что вытаскивал из ног колючки, Глыбопупс уже был у цели. Таинственное сооружение оказалось ничем иным, как обычным шалашом, возведенным кем-то наспех из сухих еловых ветвей. Тролль осторожно отодвинул полог у входа, заглянул внутрь. Никого. Заходить в шалаш Глыбопупс не стал, решив дождаться младшего брата. Спустя некоторое время, силач занервничал. Тонкосвиста нигде не было видно.
— Тонкосвист, где ты? — шепотом позвал он. С этим «худосочным недоразумением» вечно происходили неприятные истории, и он боялся, что тот снова во что-то вляпался, – братец! – Тишина. Глыбопупс уже хотел вернуться назад к тропинке, на которой в последний раз видел Тонскосвиста, как вдруг что-то услышал. Шорох доносился из шалаша. Сначала Глыбопупс удивился, ведь он точно знал, что там пусто, потом побагровел от злости, сообразив, кто это может быть. Тонкосвист снова нарушил его запрет на использование магических способностей! Разъяренный Глыбопупс ворвался в шалаш, и едва не сбил с ног младшего братца, копошившегося возле огромной корзины, сплетенной из ветвей лозы.
− Ты снова использовал магию! − сходу напустился он.
— Не ворчи! — огрызнулся Тонкосвист,— у меня хорошие новости. Я нашел еду! Много еды!
Глаза Глыбопупса округлились от удивления.
— Да, ты не ослышался, − не без гордости подтвердил младший брат, − мы будем поглощать пищу! − С этими словами Тонкосвист начал извлекать из корзины съестные припасы.
Глыбопупс еда не подавился слюной. Буханка хлеба, несколько свиных окороков, сало, домашняя колбаса, козий сыр и в придачу железная фляга с ромом. От аппетитных запахов у него тотчас закружилась голова, а перед глазами поплыли темные круги.
— Давай поскорее набьем желудки! — предложил Тонкосвист, потирая от нетерпения ладони.
Уговаривать Глыбопупса не пришлось. Схватив свиной окорок, он с жадностью начал запихивать его в свою пасть, наблюдая, как Тонкосвист мусолит кусок сала, жмурясь от удовольствия.
Челюсти троллей сжимались и разжимались с ужасающей скоростью. Еда буквально таяла на глазах. Мясо, сало, хлеб, сыр все было проглочено за мгновение. Эти маленькие существа смогли вместить в себя все что нашли, не оставив после себя даже хлебной крошки.
Дожевывая корочку от сала, Тонкосвист задумчиво косился в сторону фляги. Громко отрыгнув, он потянулся к ней, скрутил пробку и сделал несколько небольших глотков.
— Фу! — скривился он, чувствуя горечь на своем языке, — это гораздо хуже свежих фруктов! Дрянь, − подытожил он, возвращая флягу на место. − Сейчас бы винца! Оно сладенькое и приятно пьянит. Эта гадость чуть глотку не спалила!
Глыбопупс схватил флягу и с жадностью припал к горлышку. Он оказался настоящим ценителем крепких напитков.
— Хорошо! — выдохнул Глыбопупс, переводя дух, и снова приложился к фляге.
Скривив физиономию, Тонкосвист с интересом наблюдал за старшим братом, пытаясь взять в толк, что же хорошего может быть в этом горючем пойле.
— А мне нравится, − заявил Глыбопупс когда прикончил спиртное. − Я с Желтомордым частенько попиваю ром, бренди. Еще мне нравиться виноградная водка! Она немного сладковатая на вкус, но как за душу берет! — Глыбопупс на глазах пьянел. По его физиономии расплылась добродушная мечтательная улыбка. — Вот хоть какая-то польза есть от людей!