— Вы, самцы-храбрецы, извечно мчитесь вперёд очертя головы. Мы же, женские особи, действуем по-иному… После вашего ухода я навестила Ирсирнея. Он самый древний из всего нашего поселения и многое успел повидать или узнать. Я оказалась права. Он отлично помнит эту историю с Мертвым городом и с удовольствием поделился ею, а напоследок подарил одну вещицу, которую получил от своего деда. Волшебный крат!
— Что за крат? Говори же быстрей! — Тонкосвист в нетерпении переминался с ноги на ногу.
— Крат этого города, на котором обозначен вход в подземелье гномов. Так-то! Я, конечно, могу вернуться обратно домой, подчиняясь вашему решению, но только крат вам не отдам. Вы же очень умные тролли! Настоящие герои! Самостоятельно отыщите нужное место!
— Буроморда, прекрати вы-тттты-киваться! — психовал Тонкосвист, мысленно распиная себя за то, что они сами не догадались до такой элементарной вещи. Сестрица, надо отдать ей должное, имеет полное право издеваться над их тупостью, но если её поведение не пресечь, то она будет весь оставшийся путь изводить их своими насмешками.
— Тихо всем! — прикрикнул Глыбопупс, настороженно вращая глазами.
— Ты что-то увидел?! — испугался Тонкосвист, машинально закрывая ручищами рот, чтобы не засвистеть.
Замотав головой, Глыбопупс поспешил успокоить брата:
— Показалось. Все в порядке. Ты только не волнуйся.
«Как же показалось! Успокаивает!» Неуправляема сила нарастала, пока не вырвалась из Тонкосвиста громким пронзительным свистом. Поднялся сильный ветер. Буроморда вцепилась в Глыбопупса, чувствуя, как её отрывает от земли порывами ветра. Зажмурившись, Тонкосвист с силой ущипнул себя за бок, и с облегчением почувствовал, как страх медленно оседает. Свист умолкал, а вместе с ним утихали ветер.
Нервно передёрнув плечами, он мрачно произнёс:
— Простите, нечего не мог поделать. Мне стыдно.
— Пустяки! — неожиданно для всех поддержал его брат. — Мы видели, как ты сопротивлялся своей силе. Ты учишься управлять собой, и меня это радует! Молодец, брат! — Здоровенная ручища Глыбопупса подбадривающе хлопнула хрупкое плечо брата. Каким же счастливым сейчас выглядел Тонкосвист, но тревожный возглас сестры заставил его вновь насторожиться.
— Я слышу шум!
Слух Буроморды был необычайно острый.
Братья переглянулись меж собой и снова уставились на младшую сестру, ожидая от неё дальнейших разъяснений.
— Слышу шум, скрежет, хлопанье крыльев…, но это не птицы! — прошептала Буроморда, направляя ухо к небу. — К нам приближаются! — уверенно констатировала она. — Надо прятаться, срочно!
—Переместимся! — захныкал Тонкосвист. От страха у него онемели конечности и он не мог сделать ни шагу.
—Нельзя! — разом отозвались Глыбопупс с Буромордой, наблюдая как брат, с остервенением щиплет себя, чтобы побороть свист.
— Если это ведьмы, то наверняка они уже приняли меры и активировали магические ловушки! Нас словно магнитом к ним притянет, едва лишь мы попытаемся улететь! — внушала перепуганному брату Буроморда. — Нам есть, где от них укрыться! Пока я вас ждала, обнаружила лаз в стене вон под тем вьющимся плющом! — Она ткнула пальцем в нужном направлении. — Живо за мной!
Дважды просить не пришлось. Неуклюже переваливаясь с ноги на ногу, тролли побежали к стене. Буроморда была впереди, указывая дорогу. Замыкал их коротенькую вереницу Глыбопупс, готовый в любую секунду пожертвовать собственной жизнью ради брата с сестрой.
Отодвинув ветки вьющегося плюща, тролли нырнули под него. Вход в лаз был закрыт огромной каменной глыбой, которую силач Глыбопупс довольно легко сдвинул с места, и, пропустив вперёд брата с сестрой, задвинул за собой камень.
Три пары глаз полыхнули во тьме, осматриваясь по сторонам. Каменное укрытие выглядело вполне надёжным.
Едва лесные тролли успели спрятаться, как небо потемнело. Несметное полчище летучих мышей быстро приближалось к городской стене.
Тролли прижались к щели, образовавшейся между валуном и стеной пещеры. Сквозь листву им хорошо было видно некоторый участок площади, на которой они только что стояли.
Летучие мыши с силой бились о землю, принимая человеческое обличие.
— Ведьмы, — прошептал Глыбопупс.