Они подошли к шалашу, Гравион любезно отодвинул тяжелый брезентовый полог, закрывающий вход и пропустил Риуса вперед. Гравиону не терпелось услышать ответы на все свои вопросы. Прочитав всё во взгляде старца, Риус поспешно предупредил:
— Сначала еда! Я настолько голоден, что готов проглотить целого быка за один присест. Мои силы на исходе. – Он плюхнулся на настил из травы и сморщился от ужасного запаха, которым всё вокруг было пропитано, – что за смрад…неужели…
− …тролли, − подытожил Гравион с мрачным видом. – Риус… еды нет. Эти крохотные мерзавцы съели всё что было, не сходя вот с того с самого места, где ты сейчас сидишь.
Только сейчас Риус заметил разбросанные по полу обглоданные кости, крошки, огрызки от яблок. Чуть поодаль лежала фляга и судя по тому, что на ней не было крышки, она была пуста.
— Даааа, − разочарованно протянул Риус, − а мы были уверенны, что надежно замаскировали свой шалаш и расположили его так, что его никто не найдет.
— Что поделать, — всплеснул руками Гравион. — Поедим когда окажемся в ближайшем селении.
Делать было нечего, только принять ситуацию и смириться с ней. Было принято решение немного отдохнуть, и выдвигаться в путь, чтобы успеть до темноты выйти из лесу. Риус улегся на подстилку, подкладывая под голову свой плащ, скрученный в валик, и провалился в глубокий сон. Разбудил его детский плачь. Ребёнок истошно рыдал на руках Гравиона, который тщетно пытался его убаюкать.
Приподнявшись на локтях, Риус некоторое время озадаченно наблюдал за наставником, потом спросил:
— Может он заболел? Столько времени пролежал на холоде на кладбище.
— Нет. Это исключено. Физически он абсолютно здоров. Малыш голоден. И тут я бессилен. Чем я могу накормить ребёнка в этом глухом лесу? Своими волшебными порошками?!
— Так…− начал размышлять Риус, поднимаясь на ноги и приближаясь к старцу, − младенцы пьют молоко, — последовала пауза, — верно? – Гравион кивнул.
— Нам надо срочно спешить к людям. Малыш может умереть.
− Слишком долгий путь, − озадаченно отозвался Риус. – с нахмуренным лицом он ковырял носком ботинка настил, устремив взгляд вниз и вдруг резко вскинул голову.
Гравион замер, на секунду прекратив укачивать малыша. Это выражение лица он знал очень хорошо.
− Ты что-то придумал?
− Да, я попрошу помощи у наших братьев лесных.
− Ты слишком слаб для этого…
Риуса, послушай, − предпринял Гравион попытку его образумить, но Риус уже его не слышал, потому что в эту же секунду пулей вылетел из шалаша и поспешил в лес.
Риус плохо понимал, сколько времени уже шёл по лесу. Продвигаться сквозь лесную чащу было всё сложнее и сложней. Ему необходимо найти место, где не ступала нога человека, иначе на его зов никто не откликнется. Наконец, показалась поляна и за ней, невысокий холм. Риус, тяжело дыша, забрался на его вершину. Сделал глубокий вдох, выдох, успокаивая бешеный стук сердца. «Хоть бы у меня хватило сил!» Обычно, Риус отчётливо ощущал свою магию, но сейчас, изможденный тяжелой дорогой и голодом, он чувствовал себя пустым и слабым. Тем не менее, он не привык отступать. Обращая лицо к солнцу, Риус издал протяжный звериный вой. На его призыв лес ответил тишиной. Немного подождав, Риус завыл ещё раз, потом ещё. С каждым разом он слабел всё сильнее и сильнее и надежда быть услышанным, ослабевала вместе с ним. Если ему не удастся установить контакт с лесными братьями, то ребёнок умрёт смертью ещё более страшной, чем ведьмовской кинжал. Риус предпринял последнюю попытку. Послышался протяжный волчий вой. Теперь оставалось лишь ждать. Риус понимал, что радоваться слишком рано, потому что зверь вполне мог на него накинуться.
Через некоторое время, Риус почувствовал, что за ним кто-то наблюдает. Осторожно, без резких движений, молодой волшебник стал на колени, принимая звериную позу, высказывая своё почтение. И тут, справа от него хрустнула ветка. Риус повернулся всем телом сразу. К нему приближалась крупная волчица. В нескольких шагах от волшебника зверь остановился. Хищница оскалилась. Риус пригнулся к земле, показывая свою слабость и уязвимость перед ней. Волчица некоторое время с интересом смотрела на человека и вдруг грозно ощерилась. Все говорило о том, что она готовится к броску, чтобы перегрызть ему шею. Риус не растерялся и стал говорить с ней на зверином языке. Волчица удивленно смотрела на странного человека, потом мотнула головой. Агрессия в её взгляде сменилась любопытством. Было видно, что зверь и человек друг друга понимают.