— Ты думаешь, сейчас это возможно вспомнить?!
— Надо допросить всех! Кто-то что-то должен знать. По другому не бывает. В конце концов как много повитух в нашем королевстве?! Найдем их всех!
— Ты представляешь, сколько на это может потребоваться времени, которого у нас нет.
— У нас? — переспросил королевич.
— Ирида сказала, что уничтожит всю мою семью. А это значит твоя жизнь и жизнь твоей семьи в опасности.
Королевич побелел. Этот негодяй натворил в свое время дел и так спокойно рассуждает о том, что его семью может настигнуть месть ведьмы?!
— Королевич, ты должен разыскать эту повитуху! — потребовал король.
Мстислав молча хмурился. Ему требовалось время, чтобы прийти в себя и осознать всё, что услышал. Никогда в жизни он не сталкивался с настоящими ведьмами, но, то, что слышал об их силе, повергало в панический ужас! Ирида собиралась отомстить его отцу, но они, то здесь причем: он сам, Власса, Ясна и не родившийся ребенок!
— Начинай допрашивать всех слуг и стражников. А я…займусь другими делами.
Мстислав едва сдержал злобный смешок.
«Как же! Другими делами! Он сейчас вообще не в состоянии, чем- либо заниматься. Лучше бы он умер! Тогда ведьме некого было бы винить» — лихорадочно работал мозг королевича, − «Нет. Сейчас надо заниматься не повитухой, а отцом».
Лицо королевича было темнее ночи. На кону – жизнь его семьи и он должен был их защитить любой ценой.
Промокнув взмокший лоб носовым платком, Мстислав пообещал:
— Я сегодня же начну поиски.
Король с облегчением выдохнул. На этом разговор с сыном был завершен. Он переложил на его плечи все свои страхи, опасения и теперь мог спокойно отдохнуть, тем более что после нескольких ложек микстуры, которую он успел выпить прямо перед приходом Мстислава, чтобы снять боль, его сильно клонило ко сну.
6.6
Все дела были отложены. Королевич более не мог ни о чем думать, кроме разговора с отцом. Всё это время, пока он преодолевал длинные коридоры замка, он упорно убеждал себя в том, что отец никогда его не любил, не ценил, и что своим предательством погубил его любимую мать, королевну Ильяну. Свою мать он искренне любил, потому что она была ангельски чистым, светлым человеком и, судя по всему, просто не смогла пережить ложь и жестокость своего супруга. Лекари в один голос твердили Ядорну, что у Ильяны больное сердце, которое надо ограждать от любых стрессов и невзгод. И что же сделал он? Мстислав мог простить отцу все насмешки и унижения, побои, которыми он щедро награждал его за малейшую провинность, но смерть матери – никогда! Борьба с сами собой — самый тяжелый поединок, потому что невозможно предугадать своего противника – самого себя. Белая и темная стороны души схлестнулись в душе у королевича и, в конце концов, окончательный приговор отцу был вынесен.
Королевский лекарь с позволения короля Ядорна разместил свои лаборатории в подвальных помещениях замка. А ещё Йохан увлекался алхимией. Многие годы он проводил в опытах, пытаясь получить философский камень. Король Ядорн позволял ему буквально все. Даже удовлетворил его просьбы по вскрытию трупов умерших от неизлечимых заболеваний, чтобы была возможность изучать болезнь, так сказать на наглядном пособии, изнутри. Прислуга сторонилась этих мест, где периодически раздавались громкие взрывы, пахло серой и чем-то еще очень неприятным. Служанки пугали друг друга историями о привидениях, бродивших по-темным коридорам и забиравших жизни живых, которых встречали на своем пути.
В этих хитросплетенных меж собой помещениях королевич с трудом отыскал Йохана. Лекарь колдовал над огромной стеклянной колбой, которая нагревалась на огне и изрыгала густой непроницаемый дым, поглотивший все пространство вокруг. Королевич закашлялся. Едкая субстанция мгновенно проникла в его легкие и принялась разъедать их.
— Надо торопиться! — Йохан возник из ни откуда. — Давайте выйдем отсюда. Лучше это не вдыхать!
— Что за отраву ты готовишь? — проворчал королевич, спрятав лицо в рукав кафтана. Но это не особо ему помогло. Глаза сильно разъедало дымом, вызывая обильные слезы. Мстислав торопливо промокнул воспаленные глаза платком, наблюдая, как лекарь плотно затворяет дверь в задымленную лабораторию.
Йохан увлек королевича за собой, в другую комнатку, которая оказалась более светлой и хорошо проветриваемой.