- Я… - Иювиэль подняла руку, отстраняя подмастерье, - Я была просто наивной… Дурочкой, которая жила в доме с родителями, в нашем родовом Саду, в Древе… Всего то больше пол года назад, если верить тому что я знаю. На нас напали племена гоблинов и забрали меня в плен, убив отца и пленив мою мать… Затем из меня хотели сделать Инкубатор, лишив меня конечностей… Однако, меня выходил… Один из гоблинов, дав мне эти ноги и руки. А затем меня купил Мастер Кар – Акос и… я стала его собственностью.
- Оу! – ухмыльнулась Люскус, - За какие это заслуги? Мне не кажется, что тебя купили просто так.
- Хватит подобных расспросов! – вмешался подмастерье, - Зачем Мастер её купил – это проблемы Мастера! Я же не спрашиваю, для чего он тебя нанял!
Люскус смерила подмастерье внимательным взглядом своего глаза, хмыкнула, но отошла в сторону, оставив Эльфку в покое. Та чуть помедлила. Вспоминать о прошлом было… Она не чувствовала боль. Она ощущала скорее безразличие, словно всё это произошло не с ней. С лёгким стуком сомкнула она пальцы руки в кулак. Чужеродная конечность чувствовалась почти своей, но конечно же была искусственной. Зато, девушка могла более уверенно стоять на ногах, даже на не ровной поверхности. Значит, её сложнее будет уронить. И… Она подзабыла про упражнения. Её тело требует за собой ухода, чтобы эффективно использовать протезы. Она ДОЛЖНА научиться эффективно использовать протезы, если хочет воплотить свой план мести всем тем мучителям!
- Как ты? – спросил подмастерье, - Зачем Мастер нанял эту… Ни такта, ни уважения…
- Пускай, - Иювиэль качнула подбородком в сторону отступившейся Люскус, - Вообще, я же рабыня… Не понимаю, почему ко мне проявляется столько заботы… Это странно для того «инструмента», коим мне надлежит быть…
- «Инструменты» бывают разные! – с вызовом отвечал подмастерье, - Иные не только не обделяются вниманием, так ещё холятся и лелеются!
Иювиэль удивлённо вскинула бровь, но промолчала. Она ещё прошлась по пустынной земле туда, затем – обратно и вернулась обратно, к лагерю, который уже начали сворачивать. Люди (и нелюди) грузили пожитки, убирали обратно в тюки, навьючивали на лошадей…
Чуть в стороне убирал походные котелки глава отряда. Одноглазая подошла к нему, выглядя чуть менее ехидной и более озадаченной. Затем, завязался разговор. Иювиэль услышала, как Люскус тихо спросила Кар – Акоса:
- Мастер, почему ты не сказал ещё одну причину? Известно же, что… Маг, истративший столько сил становится почти бесполезен и готов наняться в любой отряд, чтобы избежать рисков постоялого двора и искушения его хозяйки, во всяком случае, покуда не накопятся силы…
- Не люблю пользоваться слабостями других, - ответил дворф, проверяя своё оружие.
- Благородно, - заметила Люскус, - Но благородство на Дороге – верный путь к гибели… Разве не так?
- Так, - согласился Кар – Акос и, повернувшись к ней добавил, - Но, кто – то должен «играться» и в это. Мир наш должен иметь и полутона, не делясь лишь на белое или же чёрное, разве ты думаешь иначе?
- Нет, - мотнула головой Люскус, - Я – наёмница и выполняю то, за что мне платят. Конечно, задания бывают различными, посему нельзя сказать сотворю я в следующий день поступок добрый иль злой…
Они свернули привал и вскоре Иювиэль вновь была в повозке, поглядывая вокруг. Горы, что маячили вдали, постепенно становились ближе… Но до них было ещё ехать и ехать. Отряд передвигался споро, но лошадей не загоняли. Следовательно, путь займёт не один день… Иювиэль попыталась вздремнуть под звуки колёс, ржание коней и разговоры между членами отряда. У неё, кажется, это даже получилось… На мгновение мелькнула безмятежная, былая жизнь… Дом… Родственники… Мелькнуло и вновь унеслось порывами ветра, развеялось топотом… Девушка потянула руки и ноги, проверяя, как гнутся сочленения конечностей…
Скакали почти весь день, лишь к вечеру приготовились разбить основательный лагерь. Всадники и лошади основательно устали. Однако, Дерек и Санчез всё равно нашли в себе силы осмотреть место будущего ночлега. Даже обустроенный давным – давно родник с декоративными скульптурами – вызвал их подозрения. Хотя, вода казалась вполне чистой, можно сказать – кристальной… Подмастерье наполнил бурдюки, а потом отвёл лошадей чуть в сторону, где из пробоины в каменной чаше вода стекала ниже, образуя удобный ручей… Возможно, кто – то практичный и разбил чашу специально, чтобы можно было устроить водопой для лошадей?