Лориен поднялся с места и медленно повернулся. Всё такой же бесстрастный, будто подёрнутый льдом взгляд, непреклонное выражение лица.
— Ты сделала это, — вместо приветствия произнёс он. Уголки бледных губ дрогнули в мимолётной усмешке.
— Теперь вы откажитесь признавать меня своей дочерью? — Я быстро взяла себя в руки и задала вопрос, который волновал всех присутствующих.
Глаза леди Иримэ удивлённо расширились. Она не ожидала от меня подобной прямолинейности. Я и сама не понимала, почему рядом с этим эльфом становлюсь настолько дерзкой и несдержанной.
— Разве ты этого хочешь? — уклончиво ответил Лориен, пристально меня разглядывая.
— Тогда зачем вы здесь — в доме своего врага — раз уж мы оба этого не хотим? — выпалила я, после чего виновато покосилась на поджавшую в немом негодовании губы свекровь.
И тут вмешался Дэн:
— Доброго дня, Ваша светлость. Должно быть у вас есть для нас какие-то особые слова? Официальный приём состоялся вчера, но мы продолжаем принимать поздравления.
Я окончательно смешалась, вспомнив, что с некоторых пор уже не сама по себе, а «за мужем». И впредь Лориену придётся иметь дело не со мной, а с Дэниэлем.
— Поздравляю, — коротко, а потому будто бы издевательски, бросил дивный и, чуть помедлив, произнёс: — Ты ошибаешься, Элиана, думая, что от наших с тобой желаний что-либо зависит. Теперь я обязан признать тебя своей дочерью.
Он кивнул, и только тогда я поняла, куда он так пристально смотрит.
— Дорогая, что с твоими волосами? — Похоже, с причиной растерянности свекрови я тоже промахнулась. Её куда больше волновал мой внешний вид, чем нахальное поведение.
— Последствия первой брачной ночи, — ответил за меня муж.
Я покраснела от смущения. Вдруг пространство перед моими глазами странно затуманилось, искажая контуры окружающей обстановки, резко посветлело и тут же налилось новыми красками, очерчивая высокую стройную мужскую фигуру.
— Рэм? — первая узнала сына леди Иримэ.
Дивный, выросший из пустоты прямо передо мной и Дэниэлем, пошатнулся и начал падать. Под испуганный женский вскрик младший брат подхватил старшего и осторожно усадил в кресло. Не церемонясь, расстегнул и распахнул верхнюю одежду. Я подошла и наклонилась над раненым с другой стороны. Землистая бледность лица, лихорадочный блеск глаз говорили сами за себя. Даже под повязку заглядывать не надо, чтобы понять, насколько всё плохо. Леди Иримэ бросилась к колокольчику для вызова слуг.
— Не прикасайся! — прохрипел Рэммион, отшатываясь в сторону, насколько это позволило кресло с высокими подлокотниками.
— Самоубийца, — сердито шепнула ему в ответ. — Чего ты добиваешься? Подумай о маме.
Я уверенно прикоснулась к повязке и осторожно прижала к месту ранения ладонь.
— Не шевелись, — шикнула на дёрнувшегося было дивного, а мужу скомандовала: — Держи его.
Сила дара хлынула таким мощным потоком, что быстро погребла под собой отдачу, о которой беспокоился Рэм. Боль я почувствовала, но лишь на мгновение. Она быстро угасла, оставив напоследок душевную горечь и тоску.
Я наклонилась ниже. Волосы с плеч перетекли на грудь — свою и чужую.
— Прекрати, — ровно и твёрдо произнесла я. — Мы через это уже проходили. Мой дар может многое, но он не способен избавить тебя от самоистязания. Разве не понимаешь, что причиняешь боль не только себе, но и близким? Или дело…
Я вскинула голову и посмотрела на Лориена. Конечно! Дело в нём. В ненависти, которую он продолжает испытывать к бывшему другу, и в моей собственной неприязни к лорду Эль-Мирра. Этот клубок чувств невозможно распутать, только разрубить раз и навсегда.
Затаившая дыхание леди Иримэ шумно выдохнула, а Лориен сделал шаг навстречу, настороженно всматриваясь и, кажется, не веря собственным глазам.
Внутри что-то сдвинулось, а с языка сами собой полились слова:
— Майя тебя любила. Для неё ты остался благородным эльфийским лордом, который просто не успел за ней вернуться. Отпусти прошлое, хотя бы в память о её любви, пока ненависть окончательно не разрушила тебя и тех, кто рядом. Прими мой выбор, и тогда я стану твоей настоящей дочерью, — И протянув руку Дэниэлю, добавила: — Я выбираю любовь.
Глава 32
Кажется, последние слова моей мудрой не по годам речи быстро напомнили, насколько я молода и неопытна. Фраза «Я выбираю любовь» по тону голоса прозвучала искренне, а по смыслу — высокопарно. Хорошо, что Мирэ, не меньше госпожи обеспокоенная состоянием Рэма, проявила настойчивость: она не только вежливо постучала, но и смело вошла в кабинет в сопровождении нескольких эльфов. Они живо подхватили своего главу Дома и унесли в более подходящее для целительских процедур место. Леди Иримэ ушла вместе с ними.