— Поедешь на практику в Эбикон? — мельком глянув на исписанную с двух сторон бумагу, спросил дивный. В остроконечном ухе качнулась серьга-подвеска — восьмиконечная звезда на длинной цепочке из белого металла, который эльфы ценили выше золота. Раньше я её не замечала, наверное, из-за распущенных волос. Сегодня Дэниэль собрал их в высокий хвост, многократно обмотав тонким посеребрённым ремешком, закреплённым украшенной изумрудами шпилькой.
— Зачем? — растерялась я и тут же дала себе мысленную затрещину: глупее вопроса не придумаешь. — Э-э-э… Нет, конечно.
— Почему так категорично? — с улыбкой возразил дивный. — Тебя рекомендовали леди Кемира и ректор Пивен. Оба утверждают, что ты ещё не определилась с выбором. Подумай, прежде чем отказываться. Проживание и прочие необходимые расходы за счёт принимающей стороны.
— Тогда вы рискуете разориться, — откинулась я на спинку стула, тщательно скрывая охватившее меня волнение. Что ни говори, а предложение прозвучало очень заманчиво. — Весь нынешний выпуск ринется к вам в гости.
— Только одобренные, — покачал головой эльф и, видя недоумение на лице собеседницы, пояснил: — Остальные платят за себя сами.
— Одобренные кем? — насторожилась я. Уж не женихами ли? Понятно, что невест они повезут, скорее всего, за свой счёт. Не могла же я, незаметно для себя, стать чьей-то избранницей?
— Вашими преподавателями и нами. Они рекомендуют, мы выбираем.
— Ясно, — я оглянулась на Гордэна. Тот старательно подслушивал склонённым в нашу сторону затылком.
— Что ж, давай посмотрим, что ты тут настрочила, — Дэниэль взял в руки листок с заданием и углубился в чтение, дав мне возможность собраться с мыслями.
Кемира и ректор действительно могли меня рекомендовать. Они знали о моём семейном, финансовом положении и вероятно попытались бы помочь одной из лучших учениц. Но зачем эльфам соглашаться с моей кандидатурой? Из-за способностей? Умение понимать чужой язык, даже слыша его впервые, пожалуй, немного сродни чтению мыслей, но всё-таки это не телепатия — дар куда более привлекательный и сильный. Я бы на их месте выбирала тщательнее.
Между тем, Дэниэль, по мере прочтения, начал делать замечания, и я увлеклась процессом, позабыв обо всём остальном. Мой напарник оказался остроумным собеседником и интересным рассказчиком. Я много узнала об особенностях эльфийской дипломатии и о производстве шоколада. Слушая нас, Гордэн не выдержал, сначала задал один вопрос, второй, а потом, к собственному изумлению, оказался сидящим за нашим столом, глубоко вовлечённым в беседу. Правда, план переговоров пришлось полностью переделывать: мои прежние соображения и наброски никуда не годились. Напоследок мы с Гором поинтересовались, состоится ли игра в бассет. Выпавший в выходные снег почти весь стаял и по новой покрывать землю не собирался. Ветер дышал не стужей, а сыростью. Тучи, которые он нагонял с востока, скорее разразятся дождём, чем снегопадом. Вот и Дэниэль пожал плечами, но заверил, что с нетерпением ждёт состязания.
С заданием мы с эльфом справились на отлично, и игра в выходные состоялась, хотя снег так и не выпал. Редкие снежинки насмешливо кружились в воздухе над головами участников и зрителей, но, касаясь земли, бесследно исчезали. Я сидела на трибуне между трясущейся от холода Касси и дрожащим от волнения Гордэном. Студёный, порывистый ветер пронизывал одежду насквозь.
— Какие они красивые, — стуча зубами и рискуя откусить себе язык, восхищалась подруга. И зачем она вырядилась в эту короткую тонкую шубку из белого кролика? — Особенно капитан.
Тёмно-зелёная экипировка эльфийской команды сидела как влитая, подчёркивая статные фигуры нелюдей. Защитный шлем из кожи украшала щётка белого конского волоса. Только у Дэниэля она была угольно-чёрной.
Лошади, которых дивные привезли с собой, разительно отличались от наших, предназначенных для бассета, — высокие, тонконогие, с длинными гибкими шеями. Шелковистые гривы и пышные хвосты плотно заплетены и надёжно подвязаны. Тем не менее клюшки у эльфов оказались стандартных размеров. Значит, им придётся наклоняться ниже, чем людям, кони которых приземистей и мощнее.
Команды выстроились в две шеренги друг против друга. Наши были в чёрном. Вороной жеребец Курта нетерпеливо грыз удила, однако стоял как вкопанный. Одежда маркиза напоминала военные доспехи, столько на ней было щитков, заклёпок и ремней. Смотрелось это красиво и одновременно весьма устрашающе. Ещё бы забрало на лицо и копьё в руку…