Я с удивлением покосилась на спутника. Неужели Лишер подговорил его переубедить меня в отношении брака с Дэном? Глупости какие…
— Я — полукровка. Мой отец — эльф, — Смысла скрывать это от кого-либо больше не было.
— Дитя войны? — полуутвердительно-полувопросительно усмехнулся мужчина, очевидно подразумевая, что мою мать взяли силой.
«Дитя любви», — хотела возразить я и задумалась: так ли это? Любил ли Лориен мою мать или просто развлекался? А забеременела она потому, что была человеком?
— Похоже, вы испытываете к эльфам неприязнь, — посмотрела я Ролану прямо в глаза, тёмно-карие, чуть прищуренные от яркого, проникающего сквозь ветви солнечного света.
— Эльфы коварны. Умеют пускать пыль в глаза, особенно женщинам, — хмуро произнёс страж.
Я бросила поводья и сунула руки в карманы кожуха.
— Среди людей тоже попадаются негодяи.
— Возможно, — нехотя согласился Ролан.
Мы ехали неспешной трусцой, давая лошадям возможность передохнуть, а себе — отогреться. Я даже рискнула бросить стремена, чтобы размять затёкшие и замёрзшие ноги. Дорога была ровной, хорошо укатанной. По обеим сторонам лес, стеной защищающий от снежных заносов. Разве что живность какая неожиданно выскочит, напугает лошадь, но сейчас день, вряд ли кто из зверей на глаза людям покажется, да и топот копыт далеко по окрестностям разносится.
Наверное, за неприязнью Ролана к эльфам кроется мрачная личная история, но расспрашивать я не стала.
На закате мы выбрали придорожную гостиницу для постоя, куда добротнее прежней, но и гораздо многолюднее. Комнату взяли одну на двоих, а ужинать спустились в общий зал. Чудом заняли столик у камина и не отказались от предложенного хозяином домашнего горячего вина, согреваясь одновременно внутри и снаружи. Я так и осталась в шапке, хотя мои волосы были надёжно спрятаны под тёмно-русым кудрявым париком.
Сомлев от тепла и сытой пищи, увлечённые зрелищем танцующих в камине язычков пламени, мы поначалу даже не поняли, в чём дело. Окружающий нас гомон голосов, в который безуспешно пыталась, но никак не могла вклиниться скрипка, внезапно стих, будто посетители наконец-то соизволили прислушаться к музыке, качество которой, как тут же выяснилось, оставляло желать лучшего.
В гостиницу, бряцая шпорами, вошло несколько стражников.
Ролан первым сообразил, по чью они душу и, прежде чем молодчики перекрыли все ходы-выходы, поднялся и якобы бы случайно пролил остатки вина из своего кубка за шиворот сидящему за соседним столиком троллю, перед этим успев шепнуть мне: «Беги!».
Пользуясь тем, что вскочивший из-за стола с грохотом опрокинутой табуретки бугай заслонил своим массивным телом обзор, я прошмыгнула под лестницу, не забыв прихватить с собой кожух, и выбралась на улицу чёрным ходом, попутно напугав кухонных работников. А значит скоро о моём побеге узнают. Времени седлать коня не было, только взнуздать и накинуть пустой холщовый мешок из-под овса. Жеребчик, проникнувшись тревожным состоянием всадницы, не стал артачиться и, несмотря на усталость, резво взял в галоп. Ехать главным трактом я не могла: чтобы оторваться от погони, у лошади, утомлённой дневным переходом, не хватит сил. Пришлось сворачивать в лес на дорогу, проложенную лесорубами. Сумка с личными вещами осталась лежать в гостиничном номере. Хорошо, что деньги и кристалл я хранила за пазухой, не расставаясь с последним даже ночью.
Когда бока коня покрылись пеной, я перевела его на шаг, чтобы остыл, а сама принялась осматриваться. Хорошо укатанная дорога в очередной раз превратилась в утоптанную поляну со свежими пнями и обильно усыпавшей снег щепой. Вырубался лес с умом, не абы как, давая зелёному кормильцу возможность со временем зарастить проплешины. Я понимала, что в крайнем случае могу воспользоваться кристаллом переноса, но тогда придётся бросить лошадь. Да разве можно столь бездарно тратить с трудом добытый артефакт? Неизвестно, что Лишеру за это будет, но будет обязательно.
Почему меня так рано хватились? Я рассчитывала на полноценных два дня в запасе. С подругами мы договорились: если Лориен и мачеха будут меня искать, они скажут, что я неважно себя чувствую из-за женских недомоганий. Обычно эту причину уважают и не ставят под сомнение. Тогда и моё дерзкое поведение можно списать на повышенную тревожность, которая частенько возникает с приближением этих дней…
Полянка оказалась тупиковой. Дальше шла снежная целина. Я подняла голову к небу. Жаль, не умею ориентироваться по звёздам. Значит, надо вернуться на одну из предыдущих развилок и испытать удачу, выбрав другую дорогу. Куда-нибудь она меня да приведёт. Нельзя останавливаться, иначе замёрзну.