Спустя полчаса отчаянных попыток привести себя в порядок при помощи душа и небольшого количества косметики, я спустилась вниз. В холле столкнулась с Роуз, которая уже была одета к празднику в хлопковое платье в крупную клетку. Она схватила меня за руку и развернула к себе, внимательно осматривая и поправляя волосы.
– Золотко, тебе так к лицу этот сарафан! Кажется, он был сшит под тебя. – Женщина удовлетворенно кивнула и заглянула мне за спину. – Дорогой, скажи же. – Роуз взяла меня за плечи и отвернула от себя, заставив оказаться лицом к лицу со своим старшим сыном.
На Элиасе была надета легкая белая рубашка-поло и кремовые брюки. Молодой человек склонил голову набок, окинув меня оценивающим взглядом. Затем, не выражая лицом ни одной эмоции, посмотрел мне прямо в глаза и ровным голосом произнес:
– Ничего выдающегося.
Я чуть не задохнулась от возмущения и приоткрыла рот, чтобы сказать ему в ответ какую-нибудь колкость, но меня перебил показавшийся из-за его спины Алекс. Увидев меня, он расплылся в ослепительной улыбке. Затем шутливо толкнул брата плечом:
– Не слушай его. Ты прекрасна.
Алекс подошел ко мне и, обхватив за талию и прижав к себе, приподнял над полом. Я быстро поцеловала его в губы, и он вернул меня на землю.
– Пойдем покажу, какую красоту устроили в саду. С тобой, конечно, не сравнить, но все же оно того стоит. – Сияя улыбкой, Алекс взял меня за руку и повел к выходу. Я бросила мимолетный взгляд на Элиаса и успела заметить, как он закатил глаза.
Мы вышли на улицу и обогнули дом, оказавшись на заднем дворе. Погода стояла отличная: солнце светило ярко, и, несмотря ни на что, я была благодарна за предоставленное мне платье. Если бы надела вчерашнее, то точно сошла бы с ума от жары.
Я осмотрелась. Со вчерашнего вечера здесь все заметно изменилось. На лужайке вокруг фонтана расположилось несколько столов, накрытых белыми скатертями. Наверху висел полупрозрачный тканевый навес; тут и там лежали в траве или были подвешены белые, розовые и золотистые воздушные шары. По краям лужайки выставили высокие вазоны с маленькими сиреневыми цветами.
– Ну как тебе? – Алекс встал позади и обнял меня за плечи, уткнувшись подбородком в макушку.
– Вы здесь кино снимать собрались? – спросила я первое, что пришло в голову при виде всего убранства.
Спиной я почувствовала, как грудь парня затряслась от беззвучного смеха:
– Возможно, немножко перебор. Но у мамы юбилей, ей так захотелось.
– Я не осуждаю! – встрепенулась я, не желая обидеть Алекса или миссис Митчелл. – Просто для меня это все… необычно.
– Привыкай. – По голосу я поняла, что парень ухмылялся.
Миссис Митчелл окликнула Алекса, и ему пришлось меня оставить. Не зная, чем себя занять, и принимая категоричные отказы Роуз на предложения помощи, я, стараясь не мешать нанятым официантам, которые начали накрывать на столы, отправилась в сад.
В самой глубине за густыми разросшимися кустами рододендрона я обнаружила небольшую полянку. В дальней ее части стояла деревянная скамейка. Я присела на нее и созвонилась с мамой.
Сегодня ее голос звучал бодрее, чем вчера, и я предположила, что мама устроила себе выходной в ущерб завтрашнему дню, который наверняка целиком проведет перед экраном ноутбука.
– Моя работа никому не интересна, – отрезала она, когда я попыталась узнать, над каким проектом она трудится сейчас. – Лучше расскажи, что там у тебя? Как спалось, как праздник?
Я отмахнулась от пролетевшего мимо уха жука:
– Спала неважно, но в целом ничего.
– Как Алекс?
Мне и без пояснений было понятно, что подразумевалось под этим простым на первый взгляд вопросом.
– У нас ничего не было.
– Детка, не считай меня ханжой, но будь осторожна…
– Ма-а-ам, – умоляюще протянула я. – Я не собираюсь беременеть. Во всяком случае, в ближайшее время.
– Это хорошо. О боже… – пробормотала она, заставив меня напрячься.
– Что стряслось?
– Шеф на второй линии. Прости, дорогая, мне нужно ответить… Отдыхай!
И повесила трубку.
Я отложила телефон, откинулась на спинку скамейки и, запрокинув голову, прикрыла глаза, наслаждаясь греющими лучами солнца.
– Почему же наша почетная гостья скрывается от публики в кустах?
Вздрогнув, я распахнула глаза и выпрямилась. Напротив, в нескольких метрах от меня, спрятав руки в карманы брюк, стоял Элиас.
Я шумно выдохнула:
– Тебе доставляет удовольствие насмехаться над людьми?