Когда садились обратно в «Тойоту», Ирина Сергеевна спокойно сказала:
— Между прочим, этот Богдан отсидел пятнадцать лет за убийство. А ведь не скажешь, что уголовник, правда же? Симпатичный, вежливый…
— За убийство? — удивилась Аня. — Кого же это он?
— Жену, — ответила Ирина Сергеевна, трогаясь с места. — Вернулся из командировки и застал ее с кем-то. Тот убежал, а она не успела. Твой-то Иванов тебя не обижает? — спросила она Клену.
— Что ты! — засмеялась та и оглянулась на Аню. — У нас с Ивановым почти любовь.
— А вы замужем, Анечка?
Аня сидела на заднем сиденье и время от времени встречалась в зеркале со взглядом Ирины Сергеевны. Ей было отчего-то неловко под этим умным и внимательным взглядом, который, казалось, просвечивал ее насквозь, не хуже рентгена. Хотя это, наверное, просто ее всегдашняя мнительность.
Минут через сорок они были в Васильевке, пригороде Воложска. Дача оказалась небольшим двухэтажным домиком, обшитым белым сайдингом, с маленьким участком, где росло несколько яблонь в окружении кустов смородины. Участок был запущен, а длинный сарай в дальнем его конце выглядел полной развалюхой. Его понуро провисшая крыша была готова вот-вот обвалиться. У сарая, под навесом, были аккуратно сложены бревна, из которых, надо полагать, хохлы и будут собирать баню.
Скоро они сидели на веранде и ужинали. Сгущался вечер. Где-то вдали слышался перестук вагонных колес. Еле слышно лопотал в углу телевизор, а микроволновка, где готовилась пицца, отчего-то периодически щелкала. Курица-гриль, купленная дорогой, оказалась выше всяких похвал, тем более под соусом ткемали. Курица, свежие овощи, картошка фри и красное вино с замысловатым названием, — что еще нужно, чтобы скоротать теплый майский вечер в пригороде небольшого городка под чудным названием Воложcк?
Здесь, за столом, Клена и завела разговор, ради которого приехала. Но сначала она открыла крышку своего дорогущего мобильника, пощелкала кнопками и вывела на дисплей фотографию того, кто назвался ее отцом и которого она тайком успела заснять.
— Мам, — начала Клена, — взгляни сюда, пожалуйста. Ты знаешь этого человека?
Ирина Сергеевна отставила фужер с вином и взяла из рук дочери телефон. Аня увидела, как расширились ее глаза.
— Откуда это у тебя, доча?
— Ты его знаешь? — вопросом на вопрос откликнулась Клена.
Ирина Сергеевна кивнула, глаз не сводя с дисплея.
— Знаю, — ответила она, медленно меняясь в лице.
— Кто это? — спросила Клена.
— Это? По-моему, это твой отец… Ты смотри, почти не изменился!..
Аня не выдержала и заглянула ей через плечо. И ей немножко не по себе стало, потому что на дисплей была выведена фотография доктора Лоренца. Это было непостижимо, но это было так.
Глава 12
СТРАННЫЙ ЭЛЕКТРИК
Джип с тонированными стеклами вошел в Воложcк по шоссе № 5 уже на рассвете. Трое парней спали почти вповалку на заднем сиденье, и кто-то из них храпел. Рустам сидел за рулем, а мастер восточных единоборств, подсвечивая себе маленьким мощным фонариком, рассматривал карту города, разложенную на коленях. Друзья звали его Кокос; сейчас он выступал в роли штурмана.
— До второго светофора и там направо, — командовал он, и джип, слегка притормаживая, сворачивал направо, отчего парни на заднем сиденье валились в одну сторону, продолжая крепко-накрепко спать. Это были тренированные люди; любой из них проснулся бы мигом, произнеси Рустам даже шепотом его имя.
Тихо-тихо джип подошел по Советской улице к первому подъезду дома № 15 и остановился. Погасли фары, ночь напролет таранившие встречных летающих насекомых. Тут же проснулся тот, который храпел. Звали его почему-то Чех. Он рывком сел и взглянул в окно.
— Приехали, командир?
— Приехали, — ответил Рустам. — Сбегай, узнай, где тридцать четвертая квартира. Заодно и балкон посмотри.
— Понял. — Перегнувшись через спящего коллегу, Чех открыл дверь и одним движением выбросил себя из машины. Легкой походкой двинулся наугад ко второму подъезду, заправляя футболку в джинсы.
— Дремани, командир, — предложил Кокос, сворачивая карту в гармошку и убирая ее в бардачок. — Твоя очередь.
— Не хочу. — Рустам включил зажигание. Джип медленно, задом, поехал от дома в сторону парковки и пристроился самым крайним справа в череде спящих машин, бок о бок с белой старенькой «Таврией». Отсюда были хорошо видны все четыре подъезда дома, тротуар и часть детской площадки.