— Я не в Москве, — ответила она, внутренне подбираясь, потому что ведь именно с этого Лоренца все и началось.
— Я тоже не в Москве. Завтра в первой половине дня буду в Воложске и вам позвоню… Как вы себя чувствуете?
Ну, спросил! Интересно, как он сам себя чувствовал бы на ее месте?
— Нормально, — ответила она с легким раздражением — не столько ему ответила, сколько тем, кто их сейчас подслушивал. Интересно, а он догадывается, что ее телефон поставили на прослушку?
— Связи с Кленой у вас, наверное, нет, Анна?
— Откуда? Они сказали, что сами со мной свяжутся.
— Я так и предполагал… — («Ну а зачем тогда спрашивал?») — Понимаете, Анна… как бы вам это сказать… В жизни, как вы, наверное, знаете, бывает очень всякое; в том числе и самые невероятные вещи… — («Очень всякое, — подумала она. — Люблю хорошего русскаво изыка».) — В общем, Клена — моя родная дочь… — Пауза. — Поэтому я хотел бы встретиться с этими людьми…
«Господи, да это же ловушка! — вдруг подумала Аня. — Ну конечно, и как я раньше не догадалась? Он же может превратить в золото железный трактор или еще что… Им это и надо… Ему же устроили ловушку, и он в нее попал. Или вот-вот попадется. А двадцать миллионов долларов — это так, для начала… Господи, какая же я дура!»
— Анна, вы меня слушаете?
— Да-да! — ответила она. — Конечно.
— Вы поняли, что я вам сейчас сказал?
— Очень хорошо поняла, — мягко подтвердила она. — Я все поняла.
— Поэтому когда они позвонят, вы передайте им, пожалуйста, что я буду готов встретиться с ними уже завтра. И определиться с механизмом, так сказать, погашения объявленной ими суммы. Обязательно скажите им это. Завтра я сообщу вам номер телефона, по которому они смогут со мной связаться.
— Хорошо, — проговорила Аня, испытывая колоссальное облегчение оттого, что ситуация стала приобретать мало-мальски внятную конфигурацию. Просто кто-то поставил капкан на Лоренца, используя их с Кленой в роли подсадных уток. Завтра все разрешится.
— СМИ утверждают, что вы находитесь под серьезной охраной? Это действительно так? — поинтересовался доктор.
«Почему он об этом спрашивает? — пронеслось в Анином мозгу. — Могу ли я от них смыться? — в этом смысле? Или в каком-то другом? Как же противно, когда тебя подслушивают!»
— Я не знаю, — честно призналась она.
И тут связь прервалась.
Через пару минут ей позвонил Максим Максимович и спросил, с кем она только что разговаривала. Аня ответила, что понятия не имеет и что вообще ее все достало. Сейчас она выключит телефон и ляжет спать, а завтра утром сядет в поезд и уедет в Москву. А если хоть кто-нибудь попробует ее остановить, она поднимет такую волну в прессе, что мало никому не покажется.
— Ай, как страшно! — усмехнулся Максим Максимович. — Ну просто мороз по коже… Вынужден предупредить, что до Москвы можно и не доехать. А можно доехать в двух чемоданах: в одном — туловище, а в другом — голова с ушами. Такие случаи уже были. Это же бандиты, Анна Егоровна, самые настоящие бандиты, и они с вами церемониться не будут. А на даче вы под надежной охраной.
— Если бы они хотели, — перебила Аня, — они бы меня уже…
— Всякое может быть, — вежливо возразил Максим Максимович. — Я бы на вашем месте, Анна Егоровна, с огнем не играл. Сидите тихо и делайте, что вам говорят. Мы их скоро возьмем… Так с кем вы только что говорили?
— Понятия не имею, — уперлась Аня. Она почему-то ни в какую не хотела произносить имя Лоренца. — Все, спокойной ночи! Оставьте меня в покое. Если они позвонят, я тут же вам сообщу. Хотя вы же сами все услышите.
В 23.30 она вышла на улицу, оставив телефон на столе. Аня уже не могла находиться в замкнутом пространстве этой дачи, которая, наверное, запомнится ей на всю жизнь. Ирина Сергеевна приняла снотворное и уснула на диване под лопотание телевизора, зажав в руке телефон. Полчаса назад позвонил из Иркутска ее муж и сказал, что наконец-то объявили посадку на самолет, так что утром он рассчитывает быть дома. Ирина Сергеевна сообщила об этом Ане и сказала, что сейчас попробует уснуть. Но в случае чего ее нужно обязательно разбудить.
Аня нашла в холодильнике жареную куриную ногу и, глодая ее, вышла во двор. После общения с доктором Лоренцем она заметно воспрянула духом и теперь хотела, во-первых, немного прогуляться, а во-вторых, проверить степень своей несвободы. Предположим, ей позарез нужно на тот же телеграф. Или нет, лучше в ресторан. Да, знаменитая журналистка Анна Зотова привыкла ужинать в ресторанах и не видит причины изменять этому своему правилу.
На улице было темно и прохладно; пахло дымом костра. Слева, за воротами, стоял микроавтобус охраны. Возле переднего колеса кто-то сидел на корточках и курил. «Так, ладно, туда не пойдем, а попробуем вдоль дома направо, к сараю…» Она успела сделать всего-то пару шагов, как из-за угла шагнул ей навстречу высокий парень в спецкамуфляже. Под правой рукой у него висел автомат. У него было круглое, совсем еще мальчишеское лицо с еле заметными усиками.