– Я не хочу скандала, – примирительно сказал Прозорин, беря жену за руку. – Прости.
Она дернулась, как от удара током, и натянула простыню до подбородка. Не хватало, чтобы «супружеский секс» повторился. В новой оригинальной трактовке, навеянной мужу посиделками с Федором. Отчего-то у Кати не было сомнений, что нынешнее насилие связано с этим страшным человеком. Раньше ничего подобного не случалось.
– Не трогай меня!
– Катрин, хватит уже. Принести тебе воды?
– Уходи, Сережа…
– Я уйду, если тебе угодно. Надеюсь, инцидент исчерпан?
– Этот кошмар ты называешь «инцидентом»? – поразилась Катя. – Убирайся к своему Федору!.. Видеть тебя не могу!..
Прозорин укоризненно покачал головой, поднялся, накинул на себя халат и, оглянувшись на плачущую жену, вышел…
Глава 25
Поместье «Дубрава»
«Утром Прозорин наверняка захочет объясниться, – рассуждал у себя в комнате Лавров. – Ему не нужен скандал. Любопытно, что он предпримет?»
Сцена, которую сыщик застал в спальне хозяев, все еще стояла у него перед глазами. Кровать в глубине комнаты, очертания двух сплетенных тел, пятно зеркала. Со света в темноте ничего толком не разглядишь.
Он не сразу разобрался, кто навалился на Катю. Ему была смутно видна широкая голая спина мужчины и белые женские ноги.
Мужчина резко обернулся на звук распахиваемой двери, женщина сдавленно вскрикнула.
«Катерина Борисовна… – обомлел гость. – Вы звали на помощь…»
Мужчина соскользнул на бок и в бешенстве вскочил. Только теперь сыщик сообразил, что перед ним сам хозяин, и в буквальном смысле прирос к полу.
«Какого черта?!» – взревел тот, осыпая пришельца нецензурными ругательствами.
Катя перестала кричать и судорожно потянулась за скомканной простыней, – прикрыться.
Голый Прозорин казался в полутьме спальни разгневанной статуей Аполлона, изрыгающей молнии. Лавров попятился, бормоча извинения.
Какие его слова могли исправить положение? Не было таких слов.
Все выглядело бы нелепо и даже комично, если бы не истошные крики Кати, которые все еще стояли в ушах Лаврова. В ее голосе слышался смертельный испуг. Это не было похоже на стоны и вопли страсти.
«Как вы смеете врываться посреди ночи? – гремел Прозорин, забыв о своей наготе. – Вы что, рехнулись? Убирайтесь вон! Моя жена раздета! Это неслыханно!»
Он успел взять себя в руки, и бессвязная ругань обрела конкретную направленность.
«Простите, ради Бога… – оправдывался гость. – Я не хотел. Я услышал крики и подумал, что стряслась беда…»
«Мы с женой имеем право вести себя в постели, как нам угодно».
«Да, да… конечно… извините…»
При этом Лавров не торопился закрывать за собой дверь, а, напротив, заглядывал через плечо Прозорина, пытаясь рассмотреть Катю. Что с ней? Почему она плачет? Не от стыда же?
Скулы хозяина дома ходили ходуном.
«Можете идти, – яростно сверкая глазами, процедил он. – И больше не беспокойте нас».
«А… как Катерина Борисовна?»
«Она в порядке, – отрубил, надвигаясь на Лаврова, обнаженный Прозорин. – Что-то еще?»
«Нет… я… мне, очевидно, послышалось…»
Гостю ничего не оставалось, как ретироваться. Он вернулся к себе, пораженный и обескураженный. Что это было? Провокация? Приступ безумия? Или жестокий секс, который в ходу у определенного круга людей?
«Я дал в штангу, – корил себя Роман. – Теперь у Прозорина есть повод выставить меня из дома. Он будет прав, если так и сделает. Я бы на его месте надавал наглецу по шее, а он сдержался. Сказывается хорошее воспитание…»
Он приготовился к любому исходу. Чему быть, того не миновать.
Лавров терялся в догадках, как там Катя и какое решение принял ее муж, когда горничная пришла звать его к столу.
– Завтрак подан, – сообщила она.
– Передайте Катерине Борисовне, что я иду.
– Хозяйка осталась у себя. Ей нездоровится.
– А Сергей Кирилыч?
– Он уже поел.
Сыщик понял, что Прозорины избегают его, – каждый по своей причине, – но отказывать в гостеприимстве не собираются. Сергей не хочет, чтобы Лавров наболтал его тестю лишнего, и постарается замять скандал.
В коридоре еще не стихли шаги горничной, как зазвонил его сотовый.
– Привет, дружище, – произнес на том конце связи новоиспеченный майор. – Я по поводу Снежаны Орловой.
В свете последних событий у Лаврова вылетела из головы фехтовальщица из клуба «Рапира». И без нее хлопот хватало.