– Господин Лавров спустился?
– Он позавтракал и сразу уехал.
У Кати пропало желание приводить себя в порядок, подбирать платье к обеду. Для мужа прихорашиваться не стоит.
Они сидели за большим столом, как чужие. Молчали. Сергей, похоже, вчера выпил лишнего, потому что под глазами набрякли мешки.
– Плохо себя чувствуешь? – из вежливости осведомился он. – Вид у тебя не очень.
– Ты тоже не в форме, – огрызнулась жена. – Как погуляли?
– Скверно.
– Где Федор?
– В лаборатории. А что?
– Ничего.
– Содержательная у нас беседа.
Катя потянулась за чаем, муж не торопился ухаживать за ней. Они были раздражены, тщательно скрывая это под личиной равнодушия.
– Куда подался наш гость? – спросил Сергей.
– Я думала, ты знаешь.
– Он не обязан мне докладывать.
Кате не понравилось, что Лавров уехал, не попрощавшись и не предупредив ее, когда вернется. Видимо, позавтракав в одиночестве, он решил провести время где-нибудь на стороне.
– В этом доме можно свихнуться! – истерически воскликнула Катя.
– Что с тобой? – брезгливо вздернул усики ее супруг. – Переспала?
В библиотеке забили часы. Бом-м!.. Бом-м!.. Бом-м!..
– Боже! – вздрогнула хозяйка. – Поминальный звон!
– Хватит, – побелел Сергей. – Накаркаешь.
Он смял в руках салфетку, бросил на недоеденный творожный десерт и вышел из-за стола. Катя беззвучно заплакала.
Лавров тоже перестал уделять ей внимание, – ездит по делам, возвращается поздно. Он забыл свое обещание брать Катю с собой, возить ее на прогулки и составлять ей компанию. Хотя бы за столом.
Она чувствовала себя брошенной. Ей было некому пожаловаться. Подруг она растеряла, отца побаивалась, с мужем поссорилась, на Лаврова обиделась. Круг замкнулся.
Время до ужина Катя провела у себя в комнате. Бродила из угла в угол, думала, плакала. Проклинала свою нерешительность, свои комплексы и привитую ей родителями пресловутую «порядочность». Будь она проще, раскованнее, давно бы позволила гостю проявить чувства не на словах, а на деле. Доказала бы Сергею, что не сошелся на нем клином белый свет.
Катя представляла, как в нижнем этаже колдует над тиглями и ретортами ужасный Федор, вынашивая коварный умысел извести хозяйку дома, дабы всецело завладеть душой хозяина. А может, не только душой, но и телом.
Мысль о том, что ее муж и Федор – любовники, однажды придя ей в голову, поселилась там, лишая Катю покоя. Чем Федор привязал к себе хозяина, если не любовными узами? Почему Прозорин так дорожит им?
В семь часов вечера в дверь постучал Сергей.
– Ты не спишь?
– Входи, – резко произнесла она. – Чего тебе?
Муж был готов для выезда – Катя поняла это по его одежде. В лабораторию он бы не пошел в светлом кашемировом джемпере и дорогих брюках. Для ужина еще рано.
– Мы с Франческо едем в «Трактир». Хочешь с нами? Заодно отца навестишь.
– Хочу, но без Федора, – зло сверкнула глазами жена. – Кстати, давно собиралась спросить: почему ты называешь его Франческо?
– Без Федора нельзя, – холодно усмехнулся супруг. – Франческо – это прозвище, которое я ему придумал.
– Прозвище? Чудесно.
– Тебя я тоже называю Катрин. Мне так нравится. И ты до сих пор не возражала.
Катю покоробило это сравнение.
– Признайся честно, ты…
– Франческо помогает мне проводить опыты, он разбирается в… черт! – взорвался Прозорин. – Тебя это никогда не интересовало! Короче, я не собираюсь объясняться и оправдываться. Ты едешь с нами или остаешься дома?
– Остаюсь.
– Не говори потом, что я тебя не приглашал поужинать вместе.
– Боюсь, я буду третьей лишней.
– Тебе виднее, – без малейшего сожаления произнес Сергей и вышел, притворив за собой дверь…
Глава 31
Пансионат «Лель»
Орешкин в полупустом баре угощал Варю текилой. Она кривилась.
– Не вкусно? – похохатывал он. – Привыкай, дорогуша. Что ж ты, ни разу не пробовала напитки, которые разносишь отдыхающим?
– Я шампанское люблю, полусладкое.
– Ты сама шампанское, Варюха. Смотрю на тебя, и голова кружится.
Девушка порозовела, отвела глаза. Администратор заметил подкрашенные реснички и возмутился.
– По какому поводу макияж? Опять кавалера ждешь? Тараса? Чем он тебе мозги запудрил? Неужели жениться обещал? Постой-ка… охранники в «Дубраве» посменно работают. Если вчера Тарас гулял, значит, сегодня очередь Алексея. Ты что, с обоими шуры-муры крутишь? Ну, Варька, ты нарвешься!
– Ничего я не кручу.
– Или тебе приглянулся чувак, которого Прозорин вчера привозил? – продолжал допытываться Орешкин. – Федор, да будет тебе известно, предпочитает мужское общество.