— Тогда что не так?
Она не хотела говорить об этом. Словами не объяснишь.
— Я не хочу начинать то, чего не смогу довести до конца. Мы с тобой из разных миров. Ты не можешь покинуть свой мир, а я должна вернуться в мой. И, когда я вернусь туда, хочу быть уверенной, что сохранила твою дружбу.
Кейд тяжело вздохнул.
— Я ненавижу твою практичность.
— И я тоже. — Она не удержалась и поправила прядь, упавшую ему на лоб, вздохнула. — Что поделаешь? Такая уж я есть — Пи Джей Практичная.
Он встал, поставил ее на ноги.
— Извини.
— Не стоит…
И умолкла. Он уже исчез в темноте.
Оставшись одна, она подумала, что огорчило ее больше: что он предпринял попытку или что он слишком легко от нее отказался? Она не могла избавиться от ощущения, что Кейд заранее знал, как она ответит на его чувство. И ее реакция вполне устроила его.
Все же она правильно поступила. Кейду нужна женщина его круга, которая сможет быть ему хорошим партнером во всем.
Как ей ненавистна эта ее правота!
ГЛАВА ДЕВЯТАЯ
— Я уже объяснила тебе, Эми: еду все купить к твоему дню рождения, но взять тебя с собой не могу.
— А я не хочу оставаться здесь одна.
Эмили уселась за кухонный стол и подперла ладошками подбородок.
— Ты будешь не одна. — Пи Джей достала ключи из сумки. — Стив с ребятами здесь. И Кейд тоже, — тихо добавила она.
Но Пи Джей говорила неправду.
— Я не могу найти Стива, — заявила девочка. — Марк и Тодд занимаются своими делами и не разрешают мне помогать им, потому что рядом нет мистера Кейда, который за мной присматривал бы. Его нигде нет.
К несчастью, Эмили все понимала. Несколько недель прошло с тех пор, как они вернулись из похода, и Кейд опять превратился в нелюдимого человека, каким он был в самом начале лета.
Пи Джей чувствовала свою вину. В глубине души она знала, что его настроение изменилось после того, что произошло у реки. С той ночи по пальцам можно было пересчитать его слова, обращенные к ним. Когда она вспоминала об этом, в голове у нее возникали одни и те же вопросы. Неужели он хотел, чтобы она осталась? И если да, то почему?
Тогда, у реки, находясь в его объятиях, хотелось, чтобы он никогда не отпускал ее. Даже сейчас, при одном лишь воспоминании, дрожь пробежала по ее телу, рождая блаженство, которое тут же сменилось болью одиночества. И некого винить. Она сама оттолкнула его.
Пи Джей Практичная. Идиотка!
Она убеждала себя, что все к лучшему, и всем сердцем хотела в это верить. Но между ними возникло чувство. Сильное и взаимное. А он понятия не имел, почему она сказала «нет». Объясни она, и он, возможно, понял и простил бы ее.
— Почему мы больше не видим мистера Кейда? — спросила Эмили.
Пи Джей бросила взгляд на дочь. Надо отвлечь ее, подумала она.
— Почему нет? Конечно же, мы видим его.
Все еще подпирая голову ладошками, Эмили повернулась и посмотрела на нее. На ее лице были недовольство, разочарование. Тут простыми отговорками не отделаешься.
— Мама, раньше он ужинал с нами, учил меня и мальчиков обращаться с лошадьми, позволял мне ухаживать за Леди, когда он рядом. — Сердитым движением она откинула прядь со лба. — Мы вернулись из похода, и теперь он приходит в дом после того, как все ложатся спать. И работает где-то далеко от ранчо. Я больше не занимаюсь с Леди.
— Не знаю, что и сказать тебе, малыш.
Знаю, но ты не поймешь моих объяснений, подумала она, не чувствуя никакого удовольствия, что оказалась права относительно Кейда: уязвленный, он делает всем больно. Даже тем, что просто избегает всех.
Эмили встала и запустила руки в карманы.
— Теперь у меня на день рождения не будет лошади, — запричитала она. — И того, чего я очень хочу.
— Ну, перестань, — Пи Джей взяла у девочки список подарков, и слова в конце списка больно ранили ее: лошадь и папу.
Пи Джей взяла дочь за руку, подвела ее к столу и села на стул, обнимая девочку.
— Радость моя, я же просила тебя не мечтать о папе-игрушке. Если бы я могла купить его в магазине, принести домой с нарядным бантом на шее, я непременно подарила бы тебе его ко дню рождения.
Эмили захихикала. Это было хорошим знаком. Пи Джей поняла, что выбрала правильный тон.
— Мистер Кейд выглядел бы смешно с бантом, сказала девочка.
Если бы это уменьшило на несколько ватт его мужское обаяние, подумала Пи Джей, она лично повязала бы ему бант. Но это не поможет. Представив его в таком виде и в шутливом поклоне, она порадовалась, что сидит, потому что ноги ее вдруг сделались ватными.