Берег утопает в зарослях. Пробираемся узкой тропой. За плотной листвой кротона и монстеры скрывается еще один пруд. Круглая поверхность его заполнена листьями-поплавками водных растений, берега утопают в лианах и листьях склонившихся над водой деревьев и трав.
Обходим пруд. Теперь тропинка пролегала между рядами кактусов. Огромные колючки, шарообразные, вытянутые, в человеческий рост, одиночные и колонии. Я обратила внимание на несколько разноцветных небольших шаров.
– Смотрите, – позвала я моих спутников, – какие красивые. Вот бы себе такой.
А мы продолжили путь.
Высокие кактусы, в виде столбов, и такие же крупные, многоперьевые розетки агавы, закрепленные на вершине, напоминали кактусовые пальмы. А за ними начались заросли саговниковых пальм и древовидных папоротников. Интересно, может именно такие и цветут в купальскую ночь?
По крайней мере, они сильно отличались от тех папоротников, что местами устилали ковром наши леса. Идем вдоль ручья. Посадка молодых елей. На вершинке каждого – нечто розовое. Цветок – обрадовалась я. Но нет, это всего лишь была бирка, бумажка с датой и номером. Эх, а я думала, что цветок.
– А почему мы движемся вдоль ручья? – спрашиваю я.
– Ручей впадает в Лебу, как раз у вокзала. В этом направлении и идем – пояснил Тенебриус.
Высокие ветвистые деревья окружали нас.
– Вот черт! – заругался Тенебриус. Сверху на него что-то упало.
Бабац, еще что-то.
– Нас атакуют? – спросила я.
Флорентина подошла и посмотрела на упавший зеленый плод.
– Незрелый грецкий орех. У меня такие раньше в саду росли, – пояснила она.
– Так вот почему он такой тяжелый, орех же внутри, – догадался Тенебрий.
Идем дальше.
Заросли джунглей, ветви и лианы свешиваются почти до нашей тропы. Из джунглей выскакивают маленькие, гривастые, до нельзя зубастые твари.
Вот уж правда, бойся тех, кто сидит в кустах.
Щелкают зубами, скалятся и лают. Маленькие противные злобные собачки. Что может быть хуже, чем эти мерзкие твари. Наверняка склочные люди после смерти превращаются вот в таких чихуа-хуа.
Фло описала полукруг посохом, потрескивающим электрическим током. Благо, что эти собачки настолько же пугливые, насколько и агрессивные.
Кусты зашевелились. Что-то стремительно пролетело мимо. И это были не орехи. Я увернулась, а Тенебриусу не так повезло. Он выругался, когда что-то острое вонзилось в его плечо.
Наконец я смогла разглядеть атакующих. Злобные черные мохнатые создания с блестящими глазами корчили гримасы своими огромными, в пол лица клыкастыми ртами.
Они преградили нам путь, швыряясь в нас всякой гадостью. Флорентина замахнулась на тварей, те в страхе разбежались. Но следуя тактике храброго труса, вновсь собрались и двинулись на нас.
Новые пигмеи были организованы. Эти пулялись снарядами, используя похожие на флейты духовые ружья. Нам приходилось проявлять чудеса ловкости и изворотливости, чтобы не ощущать на собственной шкуре жалящих острий игл.
Среди стаи страшилищ возвышалась одна. На ее черной, и без того гривастой голове, нахлобучен головной убор из перьев, как у индейца, что пел в начала парка. Я сначала подумала, что это страшидло и правда выше других, пока не заметила, что она восседает верхом на другом собрате. Хочет казаться выше и страшнее. Шаман или вождь. В одной руке оно держало посох. Когда его собратья разбегались, шаман ударял посохом, и те вновь собирались в неровные ряды. Но странно было не это. В другой руке чудовище держало какую-то трубку. Как духовое ружье, но больше и толще. И тут началось. Шаман направил трубу на нас и в нас ударило жаром пламя, оно лишь немного не дотянулось до меня и спутников. Мы – в рассыпную. Твари радостно визжали. Но радовались они не долго. Флорентина резко подбежала к вождю и мощным ударом посоха выбила огнемет из его рук. Удар оказался столь сильным, что сбил с вождя его перьевой кокошник, а сам он потерял равновесие и упал вниз. Нижний пигмей попытался храбриться, но увидев побег его собратьев, тоже пустился наутек.
Мы подошли к развилке.
– Куда пойдем? – спросил Тенебриус. – Выйдем через климатические ворота и побредем по улице. Или спустимся в коллектор и под землей проберемся к вокзалу?
Позади раздался шум. Я обернувшись и увидела, как целых пять таких «двухъярусных» вождей преследовало нас. Все они пыхали огнем в нашу сторону, не понимая, что пламя с такого расстояния нас не потревожит. Но это не мешало им приближаться до тех пор, пока огонь не сможет спалить нас заживо.
Выбора не оставалось, и мы спустились по ржавой лестнице в коллектор, куда падали воды ручья. Последним последовал Тенебриус, прикрывая нас.