Еще одна рисованная сложная многоцветная мандала.
– Древние знания, гласят, что весь мир появился из лабиринта, отраженного в кристаллах. – Пояснила Флорентина. – Многое еще не изведано, и надо изучать.
Флора зажгла несколько палочек и конусов благовоний, комната погрузилось в расслабляющий мистический туман.
Ракушки, в том числе и перламутровые (какие большие!), камешки (в том числе с проточенными водой дырками), кристаллы. Индейские украшения с орнаментами в виде зеленых драконов. Статуэтки фей с волшебными крыльями. Чего тут только не было!
Взгляд зацепился за куколку ведьмы, висящую на пружинках. Зловеще-саркастичная старуха в темно-фиолетовом колпаке с полями, сжимающая в руках метлу, совсем как настоящую, только маленькую. Баба яга, прямо. Рядом другая, маленькая веселая с улыбкой, носиком-пуговкой и улыбающимися глазами в светло-фиолетовом колпаке-шляпе и смешной метлой-мочалкой.
– Хм! – подумала я, но виду не показала.
– Тебе не нравятся мои ведьмочки? – уловила мое недоверие Флорентина.
–…
– А по мне довольно милые! – не дожидаясь моего ответа заявила Фло. (Ну, может быть. Ну хотя бы проткнутых иголками кукол нет).
В раскрашенных вручную кувшинах – колосья.
Камни в форме яиц. Статуэтки медвежонков, мягкие игрушки: сова, тоторо и осьминог. Кристаллы и пирамидки. Фиолетовые аметисты, розовые кварцы, прозрачные кристаллы горного хрусталя, оранжевые аметрилы, серые и с рутиловыми прожилками раухтопазы. Огромная друза черного мориона, словно золото, блестели кристаллы металлического блеска пирита. Как сгустки лавы, или натеки сталагмита, выглядела другая железная руда, гематит.
Статуэтки богов. Осириса, Исиды, Нефтиды, Анубиса.
Шаманский бубен из кожи с нанесенными охрой символами.
– Не трожь, – окликнула меня Фло. – Касаться может только владелец.
Да я и не собиралась, вообще-то.
Тамтамы, маленький черный джембе с узорчатым рисунком из точек.
Маракасы (две пары, черные и красные), маленькие тарелочки сагаты. Книга-учебник по танцу живота.
Вот с кем и займемся, – подумалось мне… – если живыми вернемся.
Флорентина достала из-за шкафа посох, протерла его от пыли, и вручила Тенебриусу, – возьми, пригодится.
Затем достала мешочек и кристалл камня.
– А это понесешь ты, – сказала она мне, – дополнительный запас порошка Процуса. И кристалл, он может пригодиться, если понадобится активировать кристаллическую систему порталов. У тебя отлично получалось, но нужен более сильный камень, чтобы преломить лучи для телепортера.
А я теперь займусь своим снаряжением, оно сложное. Разберу старые книги и вещи, может, что пригодится для похода, – сказала она. – А вы располагайтесь. Вот диванчик, кресло.
– Я выйду, подышу свежим воздухом – сказал Тенебриус. Он направился к двери, переступил порог и затворил дверь. Тоже пройдусь, – сказала я Флорентине.
– Хорошо, только не долго, – ответила она.
Кажется, последнюю фразу я пропустила мимо ушей.
* * *
Тенебриус задумчиво бродил около домика. Снег хрустел под ногами.
Он отошел подальше.
– Что-то случилось? – подошла я к нему.
– Здесь что-то нечисто, – ответил Тенебриус. Странствуя по мирам Шабд-Эль-Анкора и Треслунулума, я научился чуять опасность загодя. В каких только переделках не бывал.
– Смотри! – резко указал он на дерево.
Действительно, и не сразу заметила: на ветвистом дубе медленно раскачивался повешенный на веревке. Труп истлел, сам бедолага давно превратился в скелет. Кто это? Очередная невинная жертва охотников? Преступник? Казненный самосудом фанатиков?
Раздался хруст веток. Из чащи выбежал огромный белый волк. Он пытался пробежать под повешенным и чуть не застрял в ногах скелета. Сила, с которой мчался зверь, оказалась столь велика, что сорвала остов мертвеца с импровизированной виселицы, и волк помчался дальше. Скелет превратился в невольного всадника. Череп же оторвался от шейного позвонка и упал под дерево висельника.
Из леса вылетела сова, и опустилась на этого нежданного всадника без головы. Птица села на то, что когда-то было грудной клеткой, вцепившись когтями в ребра.