Еще один спуск, и мы у холма, на котором высилась часовня. Рядом ютился приземистый храм. А рядом еще небольшой холм, в котором также была дверца. Двери часовни и церковки были открыты, а дверь в холме была напрочь заколочена. Спустились к храму. На стене, соединяющей часовню и церковь, черной краской была нанесена карта подземелий.
– Это не все, что там есть. Там огромные тоннели! Много ярусов! И длинные коридоры! – горячо воскликнул Тенебриус. – Пошли же!
Заглянули в приоткрытую дверь часовенки. Там было глухо и хода в подземелья не было.
– Здесь дороги нет, вход в церкви!
– Может дальше, тот, что заколочен? – спросила я.
– И там тоже, но здесь открыто. Мы с Флорентиной давным-давно прошли этот тоннель полностью, от этой двери до той, заколоченной.
Налетела стая ворон. Они кружили вокруг нас.
– Побежали! – крикнул Тенебриус. Но не успели мы и шевельнуться, как птицы сбились в одну кучу. Я подумала: О нет! Опять ворон-демон!
Но стая разлетелась, а там, где она только-что ярилась, стоял тот самый бродяга. Ощущение жути наполнило мое тело, ноги стали словно ватные, и я не могла пошевелиться.
– Вы не понимаете, что делаете! Остановитесь! Не открывайте врата!
Я продолжала стоять недвижно, словно загипнотизированная темной магией незнакомца.
– Побежали, это демон, он хочет сбить нас с пути! – крикнул мне Тенебриус, схватил за руку и втащил в дверь. Чары спали с меня, и мы побежали по лесенке внутрь тоннеля вниз.
Первая зала была освещена люстрой, в которой горели свечи.
– Не останавливайся, – торопил Тенебриус.
Мы пошли по тоннелю дальше. Минули алтарную комнату, затем вышли на балкон, который оказался над полукруглой залой. Спустились на второй ярус по выдолбленной в камне лестнице и вошли в ту самую залу.
Помещение было наполнено светом. Высокое, в два яруса, вверху были балкончики, на одном из которых мы уже побывали. В центре потолка на тяжелой цепи была подвешена шикарная люстра, горевшая множеством свечей. Странные символы были начерчены на полу, а по кругу из камня выточены символические колонны. Я зашла в одно из углублений между колоннами и встала, сложив руки на груди и закрыв глаза. Ощущение умиротворение захватило меня, меня наполнило спокойствие, такое же, как в волшебной палатке Флорентины в лагере.
– Ну все, зарядились энергией и почесали дальше! – скомандовал Тенебриус.
– Он так жесток! – подумалось мне. Я несколько злилась на него за бесцеремонность и некоторую тираничность, но молчала. Долг требовал самоотверженности.
В следующем тоннеле пролегала чугунная лестница, по которой мы прошли над глубокой пропасть. Далее ход был такой узкий, что пролезть можно было только боком. Вскоре проход расширился, но помещения уже не были такими торжественными, как на первом и втором ярусе. Тоннели освещались колыхающимся пламенем от красных факелов, дул небольшой сквозняк.
– Третий ярус, – мрачно проговорил холодным голосом Тенебриус.
Ему бы экскурсоводом работать.
Ветер усилился.
– Кости древних монахов, – заметил Тенебриус, когда мы прошли мимо костницы. – А еще и простого люда. Когда-то дикие кочевые племена терроризировали здешние окрестности, и люди прятались в монастыре под покровом молитв монахов от иноземцев-захватчиков.
Сквозняк усилился. Мне показалось, что кости поднимаются и собираются в целые скелеты, направляясь в мою сторону. Я взвизгнула и потеряла сознание.
Белый свет застилал мне глаза, и мне казалось, что я утопаю в постели. Яркий солнечный свет и далекий голос, шепчущий: Элина, проснись! Элина вставай! Я с трудом открыла глаза. Надо мной склонился Тенебриус.
Вокруг валялись обломки костей.
– Они напали на нас? – спросила я.
– Более чем! – ответил Тенебриус, – но, как видишь, правда, на нашей стороне.
Мы пошли дальше.
Я ступала за Тенебриусом, но почему-то хотелось быть первой.
– Ты уже упала один раз в обморок, может, хватит? – возразил спутник.
– Ну, Тенебриус, ну что со мной может случиться?
– Ладно, иди, – сказал он мне.
В широкой части тоннеля мы поменялись с Тенебриусом местами. Красные огни факелов полыхали, наши тени, уродуясь в отсветах огней деформировались и выглядели зловещими монстрами. Сквозняк то и дело усиливался, а местами утихал. Нечто пронеслось мимо нас. Я успела разглядеть и с облегчением сказала вслух: летучие мыши!
Я таких видела в деревне вечерами, иногда удавалось разглядеть их полуночные полеты.
Тоннель уходил вниз. Факелы встречались реже и реже. Впереди заблуждал какой-то огонек.