С этими словами Алайнна разложила карты, черного цвета с фиолетовыми вкраплениями на рубашке. Опять Таро – подумала я.
– Узнаем и тебя. Выбери одну карту.
Я показала, и жрица заявила: Идет своим путем. Многое знает. Но не преумножит зла.
– Она сделает все, что от нее потребуется. Но Вам это уже не поможет! – как-то зловеще произнес Эфтан.
– Хорошо, легат. Выбери ты карту.
– Без вопросов, Прекрасная Госпожа. – ответил он и взял карту. – И показал всем.
– Мастема – дрожащим голосом то ли от курева, то ли от волнения произнесла Алайнна.
– Демон раздора. – Пояснила жрица. – Не сильно хороший знак тебе, Эфтан абд Тетрахромбиул.
– Что поделать? – ответил Эфтан. – Такие символы начертаны.
– И как вам здесь, в нашей компании? – спросил Фруцирон.
Вопрос был адресован мне. Мне так хотелось, чтобы Эфтан сказал что-нибудь умное, но он молчал.
– Нормально. Душевно.
– Душевно, ха-ха? – засмеялся Бормут. – Нагнали тут жути!
В комнату вошел Вальдемарт в сопровождении русой девушки. Блондинка с острым носиком и голубыми глазами оказалась Лаймой.
– Привет! Как дела? – поприветствовала меня новая знакомая.
– Хорошо. – Кисло сказала я.
– А по тебе не скажешь, подружка. Не киснь! Все будет зашибись!
Не знаю, почему, но в обществе Вальдемарта и Лаймы мне было спокойнее, чем в компании пожирающих меня взглядами учеников Алайнны. Они последовали на кухню. Вальдемарт – вместе с ними.
– Значит, тоже будешь участвовать в ритуале? – спросила меня Лайма.
– Куда деваться. Вальдемарт же не придет? – ответила я.
– Почему не придет. Сюда же пришел! – подивилась Лайма.
– Знак был.
– Значит правильный знак был. Да они просто принесут его душу демону.
– Здесь у каждого похоже свои цели.
– Да, у каждого свои. Красавчика хочешь подцепить? – участливо спросила Лайма.
– Нет. Но знаю, что Флорентина воскресить кого-то хочет. Вот и я бы… хотела.
– Вот так вот, значит, сохнешь по нему. А сказала, что все хорошо. И…, а как на самом-то деле твои дела?
– Так себе. И они всегда будут такими, покуда мы с ним не вместе.
– Ну не грусти. Дело, – как я на тебя смотрю, под силу. – ответила Лайма. – Флорентина – знатная колдунья. Если мы с ней сдружились, и с тобой сдружимся. – Мы ударили друг друга по рукам. – Ну так смотри. Дело не мудреное. Главное, выбери того, чье тело позаимствуешь под твоего призрака. Выбирай посимпатичнее. Он конечно изменится. Но чем похоже будет, хоть отдаленно, тем проще вернуть. И главное, перестоять ритуал. Все ужасы, видения, явления, даже если демоны из-под земли полезут, и ты выдержишь, Ритуал тебя вознаградит. Только вот ищут тут всякие свое.
– А ведь Диндра говорит, что нельзя себе служить.
– Ах, брось ты эту чушь. Лапшу на уши вешают, а только себе и служат. Не играй в эти игры.
– Думаешь получится. Алайнна не помешает?
– Эфтан, постарается, чтобы эти… Алайнны, Диндры… не добились своего – шепотом добавила Лайма.
– Пошли на кухню, подкрепимся.
Полуподвальное окно в верхней части стены было черное как смоль. За столиком, как раз под окном, Имуботт на пару с Бормутом кухарили: мазали на хлеб – черную икру.
Икра «Черный жрец» – усмехнулся Эфтан и со смаком уничтожил пару бутербродов. Ну и я взяла бутерброд с черной икрой. Попробую наконец, настоящую.
К превеликому сожалению, меня постигло разочарование. Икра оказалась подделкой. Вот такой вот «Черный жрец». Я проследовала обратно в зал. Со мной Лайма, и Эфтан.
– А ну-ка, что скажу, – Эфтан пригласил меня и Лайму в круг и мы, тихо склонились, голова к головам, как заговорщики.
– Вы знаете, нам нужно, чтобы цели достигли наши, а не их. – Тихо сказал Тетрахромбиул. – Не случайно выпала карта раздора – это мой знак, мой бог. Диндра и Алайнна не любят страсти, эмоций, жизни. Девочки, вы красотки, надо сделать небольшую оргию. В комнату вошел Вальдемарт.
Я уже хотела было начать возражать. Понятно, что у Лаймы с Вальдемартом могут быть какие-то симпатии, но с Эфтаном мне даже изображать какие-то отношения не хотелось. Но запротестовать я не успела.
– Лайма, Элина, покажите высший класс. Пообнимайтесь, что ли. – Сказал Эфтан и приглушил свет.
Мы улеглись на кровать, и принялись обниматься. Я даже застонала так, как стонут девушки в порыве страсти. Уж если дразнить, так дразнить по-настоящему!
Вальдемарт смотрел на нас с вожделением. В комнату вернулись Фруцирон, Бормут, Имуботт. Они с неподдельным, алчным интересом смотрели на нас, хотя ничего в целом-то и не происходило. Мы лежали, на диване, в обнимку, одетые, даже ни сколь не обнажаясь. А вот Алайнна и Диндра не спешили. Мы прекратили спектакль и уселись на край дивана.