Она решила ехать в Старую Гильдию прямо сегодня, прямо сейчас. Заинтриговали – и в кусты? Нет, так не пойдет! Ну и что, что другой конец города, ну и что, что учебный день – сегодня таких вредных лекторов все равно нет, чтобы невозможно было прогулять пары.
На улице было слегка теплее, чем вчера, небо было густо затянуто серыми облаками, из которых неторопливо сыпалась мелкая снежная крупа. Настя натянула на голову капюшон и зашагала было в сторону метро, как вдруг ей навстречу откуда-то вывернул рослый и смутно знакомый мужик в щеголеватом черном пальто.
Бросив на него всего один взгляд, она почувствовала, что впадает в странный транс. Шаги ее замедлились и, наконец, совсем остановились против ее воли, она замерла перед незнакомцем. Его карие глаза, казалось, искрились рыжими искрами, и он что-то произнес на незнакомом рычащем языке, после чего Настя почувствовала, как ее тело начинает двигаться само собой, несмотря на все ее попытки сопротивляться.
Незнакомец подхватил ее под руку и поволок туда, куда она шла и до этого – в сторону метро. Они проехали несколько станций, вышли на поверхность, довольно долго шли куда-то мимо унылых серых многоэтажек, наконец, зашли в подъезд одной из них и поднялись на седьмой этаж. Там незнакомец подошел к одной из металлических дверей и открыл ее, просто махнув рукой. Завел Настю внутрь – обстановка показалась ей совершенно непримечательной, может, потому, что волновала ее меньше всего, она не прекращала попытки перехватить управление над обретшим собственную волю телом, - обычным способом закрыл за собой дверь.
После этого его черное пальто подернулось дымкой, его очертания расплылись и трансформировались в индейскую одежду, точно такую же, что Настя видела в сегодняшнем сне. У нее перехватило дыхание. Неужели сейчас ее переправят в те самые степи? Нет!
Она рванулась и почувствовала, что еще совсем чуть-чуть, и сможет освободиться – но такой возможности ей не дали. Незнакомец отвел ее по крошечному коридору в дальнюю комнату, подвел к высокому старомодному шкафу, открыл дверцу, за которой оказалось странно мерцающее зеркало, и запихнул Настю в него.
После мгновения дезориентации Настя обнаружила себя стоящей на поляне, плотно окруженной деревьями, покрытыми зеленой листвой. Обездвижение, или что там это было такое, спало – она почувствовала, что может управлять собой. Первым делом она огляделась, но, кроме деревьев, ничего не увидела. Незнакомца не было. Ярко светило солнце, щебетали птицы, становилось очень жарко. Как раз когда она принялась стягивать с себя пальто, воздух слева замерцал, сгустился, и на поляне материализовался похититель в индейском прикиде. Только появившись, он тут же что-то сказал, и тело занемело снова, остановившись на середине движения, так что руки оказались скованы наполовину снятыми рукавами.
От безнадежности Насте захотелось расплакаться, но даже это было невозможно.
«Индеец» аккуратно снял с нее пальто, повесил себе на левое плечо, правой рукой снова подхватил ее под локоть и повел в сторону узенькой тропинки, которая, оказывается, петляла между деревьями и которую Настя, оглядываясь, не заметила.
Шли они, по ощущениям, часа полтора, ноги под конец начали гудеть с непривычки. Первые полчаса Настя безуспешно пыталась скинуть с себя заморочное состояние, сначала через возмущение, гнев, потом она загорелась обидой и разочарованием, под конец накатило отчаяние, а следом за ним – безразличие. Когда деревья расступились и перед ними раскинулось широченное поле, на глаза Насте навернулись слезы.
«Индеец» усадил ее под деревом, стоящим дальше прочих от основной чащи, снял с шеи какой-то черный шнурок, на котором болталось серо-голубое короткое перо, и одел его Насте.
- Ты меня понимаешь? – спросил он сразу после этого, и Настя с удивлением осознала, что может двигать головой.
- Кто ты и куда меня притащил? – глухим голосом спросила она. Часом раньше она орала бы билась в истерике, но сейчас эмоции перегорели.
- Это Селиван, мой родной мир, - ответил «индеец». – Меня зовут Тха Ки Чун. Я из племени толитеков.
Названия звучали очень непривычно, как будто составляющие их звуки были незнакомы. В остальном Насте казалось, что она слышит русскую речь.