На следующий день, все так же под контролем заклинания, Настя посетила Землю. Родные московские пейзажи вместо того, чтобы придать энергии, вызвали приступ тоскливой ностальгии, от которого совершенно испортилось настроение. Она чувствовала себя пантерой в клетке, которую водят по улицам на потеху публике, но вместо злости это вызывало глухую тоску.
Так что ни в этот день, ни на следующий, ни через неделю ей освободиться от заклинания не удалось.
Переводчик тем временем исправно снабжал ее новыми подробностями «индейского» наречия. Так, ей удалось узнать в нюансах узнать понятие, приблизительный перевод на русский звучал бы как «свое собственное искреннее изначальное желание, ради осуществления которого готов пожертвовать всем остальным». Короче переформулировать она так и не смогла, но в тот вечер, когда понятие наконец раскрылось в ее сознании во всей своей полноте, она вдруг поняла: тренировки Тха совершенно бессмысленны. Ей не хочется возвращаться на Землю, она чувствовала себя там пойманной в ловушку. Но и оставаться с «индейцами» ей не хочется тоже. Скорее ей хотелось бы обучиться магии, чтобы найти свое место среди бесчисленного множества миров, которые, как она успела узнать, для «индейцев» были доступны, только руку протяни.
Каждый второй день Тха на пять-десять минут снимал заклинание и просил рассказать о своих попытках освободиться и к чему они привели. Сначала Настя обиженно бурчала «не получается ничего» и отказывалась говорить, потом, в надежде избавиться от задания, начала ныть о том, что виды Москвы ничуть ей не помогают. Тха только усмехался и накладывал заклинание снова.
Все изменилось в конце второй недели садистского «обучения».
Когда они с Тха пришли к месту, из которого переправлялись на Землю, и «индеец» проделал уже заученные Настей магические жесты, ничего не произошло.
После легкой заминки Тха принялся активно колдовать и рассматривать что-то невидимое в воздухе. Наконец он присвистнул и обернулся к Насте с недоуменным лицом:
- Кто-то закрыл проход на Землю. Совсем.
В этот момент Настя почувствовала, как на нее водопадом обрушиваются гнев и негодование. Казалось, каждая клеточка тела вопила от желания изменить ситуацию.
Может быть, вернуться на Землю она и не хотела, но никто не имеет права отнимать у нее возможность сделать это в любой момент!
Огненная волна растеклась от солнечного сплетения во все стороны сразу, и в следующий момент она обнаружила, что вжимает Тха в ствол ближайшего дерева и вопит:
- Открой обратно! Сейчас же!
Осознав свои действия, она смутилась и сделала шаг назад, отводя взгляд. Тха бархатисто рассмеялся.
- У тебя получилось!
Настя вскинула голову.
- Ты это специально?
Тха покачал головой. Его карие глаза светились желтыми искрами – Настя уже успела понять, что это самый верный признак того, что он колдует.
- Проход действительно закрыли со стороны Земли. Очень качественно. Открыть больше не получится.
- А сделать другой? – озабоченно предложила Настя. Мысли ее путались, раздираемые в две противоположные стороны: она одновременно и хотела вернуться в Москву, и помнила, как хреново ей там было.
- Нескоро, если вообще выйдет, - ответил Тха. – У нас был проводник, связь с ним тоже оборвали. Кроме тебя, никаких зацепок, как искать твой мир.
- Как это? – вскинулась Настя. – Зачем искать снова?
Тха усмехнулся и без предупреждения наложил на ее уже надоевшее до чесотки заклинание. Настя поморщилась и неожиданно поняла, что для снятия надо всего лишь почувствовать волну тепла… Освободиться удалось моментально.
- Не увиливай, - ткнула она пальцем в грудь Тха и вдруг поразилась, насколько уютно себя при этом чувствует. Как будто она отчитывает близкого человека, с которым можно расслабиться и быть самой собой. – Как вернуться на Землю?
- Только просить профессиональных странников, - пожал плечами Тха, и Настя поймала себя на том, что их очертания – выпуклые массивные мышцы, перекатывающиеся под коричневой кожей, - ее завораживают. – Но уже нет нужды. С первым заданием ты справилась. Теперь будем учиться, не покидая Селиван.