Судя по всему, друзьям тоже пришлось нелегко, и они оказали мне огромную услугу, отвлекая на себя вражеское внимание. Однако как сильно бы они не старались, но привилегированных с каждым днем становилось всё больше и больше, и потому задерживаться на одном месте смысла не было никакого. Рано или поздно, но их все равно бы поймали, а затем обнулили. И даже, несмотря на то, что, как и в случае с нами, у них сложилась довольно-таки эффективная боевая группа.
Даня, взявший себе имя Локо («псих» по-испански) выступал в роли танка, хотя скорее он больше походил на берсерка, потому как сражался парным оружием и без щита. Антон, он же Мозес, стал монахом (целителем), что впрочем, лично для меня оказалось неудивительно. Чего только стоил его добродушный вид и непроизвольные улыбки со стороны прохожих. А Серега, назвавшийся почему-то Илаем, с присущей ему мрачностью и ярко выраженной тактилофобией (боязнью прикосновений чужих людей) избрал для себя класс некроманта, с явным перекосом в сторону магии поднятия нежити и усиления мертвецов. И что особенно было интересно, так это то, что он оказался единственным человеком, на которого Гундахар смотрел без толики презрения. И я бы даже сказал, с некоторым интересом.
Попивая превосходный эль братьев Калли, мы еще долго общались, смеялись и рассказывали друг другу истории о наших приключениях, прежде чем я обратил внимание на то, что кого-то здесь явно не хватает.
— Народ, а где Игорь? — спросил я.
Даня и Серега резко помрачнели и опустили взгляды.
— Как тебе сказать… — грустно ответил Антон, потирая ушибленную кисть, чуть было не сломанную минуту назад за попытку спереть из подноса генерала один из кровавых стейков — Он больше не с нами.
— В смысле?
— В прямом. К сожалению, но сразу после испытания Аргентависа мы крайне эпично разругались. И в конечном итоге он переметнулся на сторону Стаса.
— Чего? — озвученная новость прозвучала как вылитый за шиворот ушат ледяной воды — Они же с раннего детства друг друга терпеть не могли?! Не говоря уже о том, что этот подонок нас всех подло подставил и тупо кинул на бабки. Как вообще такое возможно?
— Прикольно, да? — ответил чуть уступающий в габаритах Герману Локо, выудив из-за пазухи и быстренько натянув на голову странного вида шапку.
— Эм-м, друг — подал голос Эстир — Мне кажется, или у тебя голова начала дымиться?
— Не кажется.
— А это у него гены бурлят — пояснил Антон — Не обращайте внимания. Всё нормально. Как оказалось, у Дани в роду были ифриты, что-то по типу огненных джинов. А на Элирме встречается такая любопытная тема, как «возвращение к истокам». Это все равно, что синхронизация с обликом предка. Правда пока не совсем понятно, как именно это работает, но Данилу умудрилось «пробить» аж на три с половиной процента. Поэтому теперь, когда он злится или испытывает сильные эмоции, то его голова начинает полыхать почище плазменной горелки. Причем без малейшей угрозы для его здоровья.
— Интересно, но что насчет Игоря?
— Понимаешь — Антон глубоко задумался, явно подбирая слова — Тут часто происходят довольно-таки странные вещи. И в большинстве своём нехорошие. Потому что пока всё выглядит так, как будто бы половина человечества в процессе транспортировки на Элирм подхватила какой-то опасный вирус и поголовно посходила с ума. К примеру, но по необъяснимым для нас причинам, многие из выживших просыпаются с твердой уверенностью в том, что они находятся внутри игры. И, как следствие, отсюда вытекают две вещи: 1) «уровневая зависимость», что, по сути, очень похоже на психическое отклонение, где человек как самый настоящий наркоман живет только лишь ради того, чтобы безостановочно качаться, дабы становиться всё сильнее и могущественнее и 2) ощущение полнейшей безнаказанности за свои деяния. Отчасти это и стало одним из первых серьезных камней преткновения во взаимоотношениях между нами и представителями других рас, потому как оказавшиеся на «большой земле» люди, сразу же принялись истреблять все живое и пытаться навязать собственные правила игры. И именно по этой причине «начальные зоны» вскоре передвинули и развернули выходами в сторону «подземелий». Видимо, вместо того, чтобы обеспечить нам нормальную адаптацию и курсы психологической помощи, сильные мира сего равнодушно решили, что пускай уж лучше люди сами варятся в своем дерьме и яростно мочат друг друга внутри огороженной территории. Такие дела. И именно эта безответственность и «уровневый психоз» как раз-таки и стали причиной нашего с Игорем конфликта. Потому как, избрав для себя класс снайпера, он не упускал возможности пострелять по любым живым целям просто так, без видимой на то веской причины. Как сбрендивший мать его охотник-садист. А встретившись со Стасом, они поговорили, и тот пообещал ему как ускоренную прокачку с обилием мишеней, так и перспективу избавления от им же навязанного «долга».