Да, мы были окутаны защитной магией. Да, нас накачали всевозможными бафами под завязку. «Мужество», «Стойкость», «Ярость», «Призыв к оружию», «Ободрение», «Благословление», «Молитва», «Героизм» — с таким богатым ассортиментом усилений я смог бы выстоять, даже если бы в меня со всего маху врезалась фура, несущаяся со скоростью под сотню километров в час. Но и этого оказалось недостаточно.
Кое-как удерживая тяжеленный башенный щит, я чувствовал, что кинетическая энергия от обрушившегося на нас шквала снарядов и заклинаний буквально вдавливает меня в землю. Заставляет упираться в неё ногами изо всех сил, оставляя на камне глубокие борозды.
Чудовищное напряжение. Такое, от которого лопаются сосуды, рвутся нити мышечных волокон и с треском ломаются хрупкие кости.
Но был и плюс — страх улетучился, будто бы его никогда и не было.
Исклеванная тысячами стрел, покрытая налетом гари от фаерболов и вмятинами от ударов ледяных копий, наша стена щитов выдержала. Осталась несокрушимой, хоть и изрядно потрепанной.
Мы выстояли первый залп. А затем начали огрызаться.
«Страх», «Бегство», «Истерия», «Катавасия», «Магический отлив», «Антимагия», «Прикосновение Слабости» — все эти дебафы, как и обычные атакующие заклинания, устремились в ответ, собирая среди солдат Доминиона щедрый урожай трупов.
Лишенные какой бы то ни было серьезной защиты, наши враги умирали пачками, в то время как их соседи оставались стоять на месте и продолжали стрелять.
Да, Эрдамон Белар хитер. Этого не отнять. Дарит нам иллюзию близкой победы и проводит самый настоящий гамбит. Жертвует пешками в первом ходу, дабы уже на третий поставить нашему войску шах и мат.
Но вот чего он не учел, так это того, что у нас имелся при себе собственный гроссмейстер. Куда более кровожадный и опытный.
Гундахар наблюдал за боем, стоя поодаль. И не только наблюдал, но и оперативно координировал действия каждого из отрядов.
Приказ приступить к фазе психологического давления поступил через пять минут. И честно говоря, я не совсем понимал, как можно обезьянничать в подобных условиях?
В тот момент всё моё внимание и помыслы были сосредоточены исключительно на том, как не помереть прямо здесь и сейчас, ибо стоя в первом ряду, я мог скопытиться буквально от чего угодно. Стрелы, копья, пилумы, дротики, заклинания — всё это безостановочно барабанило по стене из щитов, отзываясь металлическим звоном в ушах и болезненным резонансом в суставах. Тут не до смеха и шуток. Миллиметр вправо, миллиметр влево — верная смерть. И не только моя, но и тех, кто стоит позади, доверяя мне свою жизнь и всецело полагаясь на мою выдержку и сноровку.
Я должен выстоять. Обязан. Еще хотя бы три минуты, после чего генерал отдаст приказ перестроиться. Тогда моё место займет стоящий позади, а я в свою очередь отправлюсь в конец строя дожидаться своего часа.
К слову, это была еще одна фишка старого игва — сражаться небольшими интервалами по пять минут. Пока одни себя изнуряют, старательно сдерживая вражеский напор — другие восстанавливают силы. После чего меняются. И далее по кругу.
Главное — провести маневр быстро, секунда в секунду, дабы не нарушать монолитность строя. И тут не важно, хочешь ты продолжать или нет. Пусть даже противник упал перед тобой на колени, подставляя под удар меча незащищенную броней шею — все равно шаг в сторону и назад.
Покидание строя вперед, в сторону врага, едва ли лучше позорного бегства. Выскочек на войне любят не больше, чем откровенных трусов. Каждый из нас должен всегда ощущать локоть товарища справа и слева. Если его нет — значит что-то пошло не так.
Думаю, именно поэтому Гундахар поставил нас в первый ряд. Мы должны были на собственной шкуре ощутить принципиальное отличие между дракой в небольшой группе и сражением посреди многотысячной армии.
И разница эта была колоссальной. В первую очередь нам пришлось напрочь позабыть про фехтование и дуэльные техники. Крутить и размахивать железякой, как и замахиваться из-за спины для вертикального удара сверху вниз — опаснее для своих. Поэтому выбор в строю не велик. Только рубящие и колющие удары вперед. Последние лучше. Их можно наносить из-за щитов, а значит гораздо проще сделать внезапными. В то время как поднятая над головой рука хорошо видна и уязвима для противника.
Собственно, именно благодаря этому из всего богатого ассортимента оружия римские легионеры выбирали меч. Топором нельзя колоть. Булавой и молотом тоже, плюс ко всему не хватит свободного места для замаха. А меч универсален. Им можно как рубить, так и колоть. И пожалуй, именно его я выберу в качестве своего следующего основного оружия. К черту посох. Практичность — наше всё.