Кое-как извернувшись, я пнул «паучка» прямо в морду, отчего настырный ремонтник прокатился по корпусу и рухнул вниз с высоты четырехэтажного дома.
Следом послышался металлический грохот и звуки катящихся по полу шестеренок.
— Эй! Я всё видел! — проорал Мозес — Ты что творишь? Ломаешь моих ботов?!
— Так это твой?
— А чей же еще? Ты ведь сам дал мне задание залатать все пробоины!
— А обязательно это было делать в ту самую минуту, когда я пытаюсь установить двигатель? Да еще и штаны мне прожег, черт!
— Прости, не смог удержаться — усмехнулся толстяк — Все-таки монотонный труд навевает тоску.
— Тоску — передразнил я. После чего вновь перевесился через балку и принялся поправлять «съехавшую» проекцию — А пытки и обнуление не навевают тоску?
— Ладно-ладно, я понял. Не агрись.
Я недовольно дернул щекой и сосредоточился.
Все-таки не стоило ломать бота, пусть даже это и вышло случайно. Эти юркие парни оказались на удивление полезными и блестяще справлялись с поставленной задачей, отчего «Облачный Стриж» преображался буквально на глазах. Думаю, еще пять-шесть часов и цеппелин будет как новенький.
К слову, даже Флин не ожидал подобного результата и потому, заразившись всеобщим энтузиазмом, быстро превратился из сварливого дворецкого в преданного делу инструктора. Они с Илаем работали внутри цеппелина, колдуя над системой управления и прочими незнакомыми мне вещами. Хотя, вполне вероятно, что дело вовсе и не в наших успехах, а в том, что Аполло пообещал тому серьезный бонус к зарплате. При условии, что мы уберемся из ангара до того, как сюда прибудет флот Небесного Доминиона.
— ВЛАД! ГДЕ ВЛАД? — послышался крик Германа вдалеке.
Я подтянулся на тросах и взглянул вниз.
Бедный танк бежал в нашу сторону с головы до ног облепленный грязью и какой-то зеленоватой жижей, напоминающей тягучие сопли.
— Что случилось?
— У тебя есть еда?
— В смысле? — переспросил я — Ты вернулся сюда, чтобы пожрать? И в чем это ты изгваздался?
— Да в этой, как его… — Герман трижды щелкнул пальцами — Ай, забыл слово. Короче роды принимал!
— Чего?! — я чуть не поперхнулся от удивления.
Судя по всему, ремонтируя «Стрижа», я умудрился пропустить парочку весьма знаменательных событий.
— Ну, мы спустились вниз. А там этих ырлов целое поселение. Женщины, мужчины, старики, дети. Пришлось импровизировать.
— То есть вы не сражались? — уточнил Мозес.
— Сдурел? Зачем? Они и так готовы отдать нам все батареи без боя. Взамен на еду и десяток ингаляторов здоровья. Гундахар знает их язык, договорился. Правда, перед этим ему пришлось пройти «йырл-долм». Я не совсем понял, что это значит, но кажется, это штука, которая дает право голоса. Что-то по типу обряда посвящения.
— Ясно — я материализовал возле танка пятьсот килограммов еды — Достаточно?
— Думаю, да.
Друг переложил провизию к себе в сумку и медленно зашагал обратно к медблокам.
— Гер, возвращайтесь скорее — прокричал я — Нам бы пригодилась тут ваша помощь.
— Как только, так сразу. Я и на минуту не хочу там задерживаться. Вонища страшная. Да и вообще сплошная антисанитария. Кстати, знаешь, как назвали малыша?
— Дай угадаю, «Герман»?
— Если бы — грустно вздохнул танк — Нет, ему дали имя «Тупица». Генерал опять обзывался, от чего гоблины почему-то решили, что именно так меня и зовут. Эх-х, бедный ребенок…
К превеликому стыду, но, не смотря на титанические усилия, я все-таки не смог удержаться и громко заржал. Впрочем, я был такой не один. Со стороны голограммы Флина до нас донесся приглушенный хохот Аполло Кэрту. Видимо глава Нулевого Меридиана сидел где-то рядом с помощником или же просто проходил мимо.
Покончив с хвостовым оперением, я спустился вниз и подошел к рассматривающему цеппелин Гундахару.
Что примечательно, в его взгляде читалась странная помесь восторга и в то же время брезгливого отвращения.
— Ваше благородие, с вами все в порядке?
— Ненавижу стоять, когда другие работают — задумчиво прогудел генерал.
— Это правильно. У нас тут как раз есть для тебя пара…
— Пойду полежу.
Игв развернулся на каблуках и стремительно зашагал в сторону комнаты отдыха.
Повисла тишина. И даже «паучки», не сговариваясь, погасили сварочные горелки.
— А что, так можно было? — удивился Мозес.
— Как видишь.
Бум!
В двадцати метрах от нас Герман перепутал шланги и нечаянно отсоединил тот, что подавал машинное масло. Под давлением.