— М?
Шаман прекратил расчесывать усы и поднял глаза на инженера.
— Вопрос. Твои хваленые галлюциногены могут указать на человека, так скажем, с сомнительными моральными качествами? Кто-то слил видео Небесному Доминиону, а это значит, что среди членов Вергилия завелись крысы.
— Хм. Сейчас проверим.
Глас вытащил из-за пазухи крохотную ампулу и выпил зелье. Затем подбросил высоко в воздух оливку и, блаженно зажмурившись, вытянул вперед руку со сжатой в кулаке вилкой. Секундой позже плод насадился на острые зубцы.
— О да, обожаю — промурлыкал Эстир.
Остальные наблюдали за ним с неподдельным интересом.
— Значит так — Глас принялся разглядывать снующих между столами людей — Вон тот снабженец в оранжевой куртке договорился с поставщиком об откате. Покупает товары на пять-десять процентов дороже и переживает, как не спалиться. Бородач во втором ряду слева вынашивает план мести Гундахару за унизительный пинок под зад этим утром, но при этом понимает, что это лишь пустые мечты и ничего путного у него не выйдет. А значит, придется проглотить обиду и делать вид, что ничего не случилось — шаман продолжал внимательно сканировать взглядом толпу — Этот паладин — гей.
— Кто? — удивился Герман — Осирис?
— Угу.
— Надо же… Надеюсь, он сменил ориентацию не после того, как Гундахар на него наорал?
— Очень смешно. И будь добр, перестань тыкать в него пальцем. А то мне стыдно.
— Какая гадость — брезгливо поморщился генерал — На кол его и дело с концом.
— Да ну брось. Тут у нас все-таки толерантное общество, а не патриархальная деспотия. К тому же он наш. Отечественный. Поэтому предлагаю попросту проигнорировать сие открытие и пойти дальше.
— Вот именно так и гибнут цивилизации…
Глас продолжал изучать всех присутствующих.
— Так. А вон тот импозантный мужчина замыслил недоброе. Потные ладошки, флакон с суспензией из божественной стали во внутреннем кармане куртки, сумочка с весьма редкими и крайне неприятными ядами, в том числе какой-то «Инсептус», а также задаток в виде ста пятидесяти тысяч золотых. Тьфу ты. Дурень даже не додумался открыть специальный банковский счет на подставное лицо.
— Кто именно? Вон тот? С мифриловым наплечником?
— Да.
— Ты уверен?
— Готов поклясться своими пышными усами.
— Ясно. Я сейчас.
Гундахар вышел из-за стола и направился к мужику.
— Не понял. Что он делает? — спросил Герман, удивленно вытянув шею.
— Не знаю.
— Ты — послышался голос игва — Знаешь, кто я?
— Разумеется, господин Гундахар. Вы — бывший генерал армии нежити Рамнагора, верховный главнокомандующий клана Вергилий, член совета «двадцати одного» и глава будущей военной академии.
— Тогда какого хрена ты сидишь, когда к тебе обращается старший по званию?! Встать!
Мужик резко вскочил, от чего табуретка под ним отлетела в сторону.
— Смирно! — рыцарь смерти шагнул вперед, пристально рассматривая вытянувшегося по струнке предателя — Вольно! Кру-у-гом!
Шпион повернулся спиной, в то время как генерал невозмутимо материализовал в руках криолитовый кол.
Хрусть!
— Так — Герман отставил тарелку с ужином, морщась от разразившихся посреди зала болезненных воплей — Пожалуй, я всё.
Где-то кого-то вырвало.
— А-а-а!!! За что?! Я же ничего не сделал! — орал мужик, пытаясь отползти в сторону.
— Ага, а это что такое? «Инсептус»? — Гундахар выхватил у того из кармана сумочку с ядами — Отрава, доступная исключительно высшему руководству Небесного Доминиона?
— Нет! Это не моё! Это ошибка!
Игв надавил на торчащий из задницы кол.
— А-а-а! Ублюдок! Мертвый ублюдок! Ты сдохнешь! Вы все сдохнете!
— Вот, совсем другой разговор.
Генерал схватил мужика за шиворот и потащил в сторону выхода.
— Август, Эо! Мы можем договориться! Умоляю, отпустите! Не отдавайте меня в лапы этого психа! Не надо… прошу… Я хочу предстать перед судом! Честным судом. Я готов отработать и понести заслуженное наказание… пожалуйста…
Игв вышвырнул шпиона за дверь, где его уже поджидали ветераны из Галереи Павших.
Над офицерским столом воцарилось гробовое молчание.
— Отрицание, гнев, торг, депрессия, смирение… — шаман задумчиво покрутил в руках чашку чая — Удивительно. Этот парень умудрился пройти все пять стадий менее чем за минуту.
— Гы. А ведь и правда — тупо усмехнулся Герман — Но я все равно предлагаю внести в устав клана положение о недопустимости применения криолита за ужином. Как, впрочем, за обедом и завтраком.